Право на выбор

Взгляд, уже не пустой, а наполненный смертной тоской, и шелест в спину: «Вы… приходите еще…»

Первая совместная прогулка. Дрожащая, беспомощная улыбка, подаренная деревьям, птицам, цветам и любимым ритисам. Тогда я видела Вионну в последний раз…

А ведь она приходила ко мне. Приходила! Кто знает, если бы мы встретились в тот вечер, если бы я добежала до нее — ночью, под утро, все равно когда, — может, ничего бы не произошло?

В горле словно комок застрял, стало тяжело дышать.

— Она жива? — судорожно сглотнула. — Мэтр, почему вы молчите?

— Жива, слава всеблагой Троице, — губы целителя дрогнули в подобии улыбки, — но до сих пор без сознания, и что дальше будет, одному Торту известно.

— Как… — говорить по-прежнему было трудно, невыносимо пекло в груди, — как это произошло?

— Ничего толком не известно. Вечером ее как обычно уложили в постель и оставили одну. Служанка всегда будила госпожу, помогала подняться, та никогда не вставала самостоятельно, особенно в последнее время. — Гарард поджал губы. — А тут… Когда девушка вошла, сирра Вионна уже стояла на балконе и смотрела на озеро. Обернулась на звук шагов — глаза горят, на щеках румянец — спросила: «Как думаешь, Брана, по этой дорожке я добегу до солнца?» А потом вдруг перегнулась через перила и, оттолкнувшись, полетела вниз, в воду.

— Случайно выпала? — спросила я с надеждой.

Мэтр покачал головой.

— Служанка сказала, госпожа с ней попрощалась.

— Понятно. — Мы немного помолчали. — Но почему она так поступила? Ее что-то волновало, беспокоило?

— Трудно сказать. Вионна очень скрытная сирра, даже со служанкой редко что-либо обсуждала. Брана говорит, в последние дни наида Повелителя очень нервничала. Император каждый вечер навещал Закатный, и она боялась… то есть ждала, — быстро поправился целитель, — что он и к ней заглянет.

Значит, пока мы тут в картишки резались, Вионна у себя в покоях тряслась от страха, сходила с ума при мысли, что ей с Раиэссом ложе делить придется. Вот и не выдержала.

— Когда она очнется, Гарард?

— Не знаю, — удрученно вздохнул целитель. — Служанка подняла шум, и наиду Повелителя быстро нашли. Мы с Зеренсом, имперским целителем, все утро провели у ее постели. Сирра давно уже должна была прийти в себя, но такое ощущение, что она не хочет возвращаться. — Мэтр запнулся, но потом, поколебавшись, продолжил: — Скажу без ложной скромности, я лучший в своем деле, только поэтому меня и позвали на помощь. Несчастье с наидой императора — не только семейное дело, но и государственная тайна. Об этом известно только нам с Зеренсом, Повелителю, советнику, связанным клятвой магам, ну, и слугам. Надеюсь, вы понимаете, сестра господина ни о чем не должна догадаться. Не подведите меня, сирра Кателлина.