Право на выбор

— Он делил с тобой ложе? — Голос сиятельного стал глухим и подчеркнуто деревянным.

— Да, мы были близки."

"Крэаз резко выдохнул, в несколько шагов преодолел разделяющее нас расстояние и остановился возле кровати. Слегка наклонил голову, смерил меня испытующим взглядом и мрачно поинтересовался:

— Хочешь к нему вернуться?

К Артему? Нет. Вернуться? Пожалуй. Особенно теперь, когда единственный мужчина, ради которого я осталась бы в этом ненормальном мире, разговаривает со мной таким тоном.

— Там мой дом.

Я не успела заметить, как сиятельный оказался рядом. Молниеносное движение — и цепкие пальцы впились в мои руки, а черные от ярости глаза приблизились к лицу.

— Твой дом здесь. Навсегда.

Невольно охнула, когда Савард слишком сильно сдавил плечи, и он тут же отдернул ладони, будто ошпарившись. Отвел взгляд, спросил тихо и как-то бесцветно:

— Его ты тоже называла на «вы», когда оставалась с ним наедине?

— Нет, у нас так не принято.

Ноздри мужчины гневно затрепетали, и меня как прорвало.

— Тебя не было четыре дня. Исчез, ничего не сказал, не задал ни одного вопроса. Даже не посмотрел в мою сторону. Сразу поверил? Принял все мои объяснения? А вдруг это ложь? Или я сошла с ума и меня лечить надо?

— Когда ты начала говорить, сначала так и подумал, — хмыкнул Савард, — что необходимо срочно звать Гарарда. А потом ты назвала мир, из которого пришла, и я понял — это правда. Никто на Эргоре о нем не слышал. Никто… кроме глав высших родов.

— Вам известно о Земле? — Жадно подалась вперед. — Откуда?

Ответит или нет?

— Что ты знаешь о храме Богов, Катиа?

— Что знаю? — переспросила задумчиво, старательно припоминая все, что выяснила из сфер. — Это единственный храм, посвященный божественной троице. Находится в Альбирре. Всем женщинам, даже сиррам, разрешено бывать лишь в Доме Лиос.

— Верно. В Дом Арива пускают мужчин — и наров, и саэров. А вот в Доме Горта для простолюдинов открыт только первый зал. Высокородные посещают все залы, кроме последнего. Туда входить имеют право главы высших родов после посвящения и полного принятия стихии. Маленькое помещение — ни статуй, ни роскошного убранства, одни белые стены, на которых рукою самого Горта начертаны законы. Неукоснительно следовать им — долг каждого дваждырожденного. — Савард замолчал, глядя поверх моей головы, а потом бесстрастно продолжил: — Дхорт са хеннаш Эргор на-таин иссант. Этверс фаэштар бреост нэт. Анрихт.

«Навеки закрыл я врата Эргора пред чужаками из других миров. Те же, кто обманом проберется сюда, да будут уничтожены немедленно», — тут же подсказал мой внутренний переводчик.

Значит, вот как. Закон. Откуда же он взялся?

— И что это значит? — похлопала ресницами, сделав вид, что ничего не поняла.