Право на выбор
Что вы знаете о вере? Мой ответ — ничего. Сильна ли она? Сильнее разъяренного къора. Горяча ли она? Горячее мимолетной ласки господина. Глубока ли? Глубже тоски той, что стала навеки женщиной для утех. Наивна? Не наивнее клятв сгорающего от желания мужчины. Чиста и неистребима? Да! Как истинная любовь.Итак, что вы знаете о вере?
Интересно, если она дух, почему я чувствую ее прикосновения?
— Что-то одно, — прозвучало у самого уха. — Моего ресурса хватит, чтобы сделать что-то одно. Подумай, перенести тебя в Сердце Ночи или разорвать связь?
В тихом шепоте слышалась насмешка.
И вот если бы не она, я совершенно точно предпочла бы Сэйти Аэрэ. Ведь логично же складывалось: взять у Гарарда зелье, временно ослабляющее привязку, выпить его и мгновенно оказаться в нужном месте. А там все обязательно решится."
"Но эта насмешка… Словно меня испытывали. А в подобном случае самый очевидный вариант — почти всегда неправильный.
Вспомнился один из снов и слова богини, серебряным эхом звенящие в зале: «Выбирай, дитя. И если выбор окажется верен, в конце пути ты обретешь то, что так жаждет твоя душа».
Значит, все-таки путь, а не просто — щелчок пальцами и ты у цели.
— Освободите меня от привязки, а Сэйти Аэрэ я отыщу сама.
Радужный вихрь взвился, закружил вокруг, осыпая разноцветной пыльцой, из глубины его на меня глянули бездонные темно-карие глаза.
— Правильно, девочка. Дорогу к храму каждый находит сам. — Поморщилась, уж очень пафосно это прозвучало: «дорога к храму». Но настоятельницу моя реакция не смутила. — Это только твое испытание. Амулет подскажет, что делать, когда Сердце Ночи позовет. Главное, оказаться в Альских горах на перевале Онтир, надеюсь, он по-прежнему так называется. Дальше сама все поймешь. А что касается связи… Я знаю, как ее оборвать, мы делали это иногда. Редко, в самых крайних случаях, но все-таки откликались на просьбы сирр, несмотря на ярость и негодование саэров. Уничтожить привязку у меня сил сейчас не хватит, но полностью блокировать — смогу. И надолго.
— Спасибо. — Протянула руку, ловя ладонью невесомую пыльцу. Захотелось вдруг почувствовать, какая она на ощупь.
— Не стоит благодарности. — Вихрь резко отпрянул в сторону. — Поверь, я не стала бы отдавать последние крупицы дара, чтобы выручить попавшую в беду иномирянку, как бы хорошо к ней ни относилась. Первоочередная задача духа-хранителя библиотеки — оберегать то, что здесь спрятано, для этого могут понадобиться все оставшиеся у меня силы. Но на тебе печать богини, и я обязана помочь.
Час от часу не легче.
— А что такое «печать богини»?
— Женщина, что ждет там, снаружи, очень волнуется. Я чувствую, как растут ее тревога и нетерпение. — Мой вопрос проигнорировали, будто и не услышали вовсе, и я поняла: не ответят. — Тебе нужно идти.
Мерцающий вихрь стремительно увеличился в размерах, подхватил, закружил и выпустил из своих объятий перед знакомой стеной.
— Иди, Катя, — настоятельница удивительно чисто произнесла мое земное имя, — и возвращайся скорее. Я буду ждать. Повторный ритуал при входе не понадобится, теперь у тебя есть допуск.








