Право на выбор

Знаешь, что надо делать?

Знаю.

Аккуратно приложила ладони к камню, представила знакомое лицо с тонкой бесцветной ниточкой губ, блестящие черные глаза, тщательно уложенные темные волосы. Тихонько позвала: «Кариффа» — и преграда начала медленно таять.

Старуха встретила меня как бойца, чудом выжившего после кровавой смертельной битвы. Никогда не видела ее такой взволнованной, растерянной и счастливой. Оказалось, пока мы беседовали с Матерью-настоятельницей, здесь уже наступил вечер, и я не только пропустила обед, но и почти опоздала на ужин. Представляю, как переживала и металась бедная наставница, не зная, что со мной, жива ли, вернусь или нет.

Я показалась служанкам, сделав вид, что только-только оторвалась от сфер, громко, «на публику», посетовала на отсутствие днем аппетита, наскоро перекусила и капризно потребовала, чтобы наставница осталась на ночь в моих комнатах. В гостиной. А то мне скучно, грустно и вообще страшно одной. Если Юнна с Идой и удивились странной причуде госпожи, то ничем свое изумление не выдали. Помогли подготовиться ко сну и покинули покои.

У нас впереди была целая ночь, чтобы рассказать-выслушать-обсудить и решить, как поступить дальше.

Я передала Кариффе все, что сообщил мне дух-хранитель. Вернее, почти все. Почему-то не стала говорить, что могу уйти в любую минуту. Соврала, что Мать-настоятельница пообещала в ближайшее время найти способ освободить меня от привязки к роду Крэаз.

Не знаю, зачем я это сделала. Нет, неправда — знаю. Хотя боюсь признаться даже себе самой.

Мне было страшно. Бросать жизнь, к которой понемногу привыкла, людей, которых знала, уютное, комфортное существование и уходить в никуда. В неизвестность. В большой чужой мир, который я за эти месяцы вроде бы неплохо изучила, но лишь в теории.

А самое главное — я до безумия не хотела расставаться с Савардом. Понимала, что мы ходим по замкнутому кругу, что рядом с ним приходится рассчитывать только на место бездетной «младшей жены», вынужденной постоянно прятаться и скрывать свое иномирное происхождение, и тем не менее…

Стоило представить, что больше не увижу этих удивительных глаз, не услышу низкий завораживающий голос и хриплый шепот, от которого все внутри так сладко замирает, не почувствую тяжесть сильного тела, — и кулаки сжимались сами собой. Так, что на ладонях оставались следы от ногтей.

Не хочу… не хочу… не хочу…"

"И тут же появлялись робкие предательские мысли. А если сиятельный не найдет способа помочь Фисе, что тогда? Может, он решит пока не жениться? Будет тянуть с выбором новой невесты… долго… бесконечно долго. Разве нам плохо вдвоем? Нет, ему, конечно, нужен наследник. Но потом… когда-нибудь… Сейчас же останемся лишь мы двое: он и я.