Другая улица

И честно вам признаюсь, промеж ребят пошли разговоры, что, пожалуй, стоит, не нарушая Афониных строгих указаний, попробовать приударить культурно, чтобы довести дело до доброго согласия. Мало ли было случаев? Кто постарше, целил на маму, народ помоложе – на Эльзу, на дочку. Шестнадцать-то шестнадцать, но все при ней, не заморыш и не тростиночка, можно сказать созрела.

А тут этот сучий капитан… Фамилия ни к чему – не такая уж редкая, много приличных людей ее носят. Из штаба батальона, имел отношение к разведке. Сука такая…

Вы поймите меня правильно. Никогда не считал и не считаю, что всех штабных нужно чохом записывать в тыловые шкуры и прочие неприглядные элементы. Я кадровый и прекрасно понимаю: без штаба в наши времена воевать невозможно. Как и без кучи тыловых служб. Не в том дело. Дело в том, что за человек.

А человек был – полное дерьмо. На передок ухитрялся по месяцу носа не казать, хотя по должности ему как раз полагалось. Зато умел так повернуть, что орденки ему сыпались не раз и не два.

Не знаю всех тонкостей, но иные прохиндеи, из штаба носа не высунув, ухитрялись и при боевых наградах оказаться, и в звании быстренько подрасти.

Если б он просто этим занимался – да черт с ним, не он первый, не он последний, нам с ним детей не крестить, если дребезжать нервами из-за каждой сволочи, которую в жизни встретишь, голова свихнется…

Но этот был – гнида. Все обстряпывал тишком, но солдатский телеграф сбоя не дает и работает исправно. Мно-ого мы про него знали. И про то, как двух ребят из разведвзвода загнал в штрафную ни за что ни про что – гордые были ребята, не смолчали однажды, когда он получил тот же орден, что и разведгруппа, которая из глубокого тыла ценного «языка» доставила целехоньким. И про то, как его ординарец – такая же сука – для него шарил по ювелирным лавкам, где попадались, по богатым домам. И про то, как он связисток с санитарками в койку угрозами загоняет. А как вошли в Германию, он взял моду таскать на допросы местных немок – причем исключительно молодых и симпатичных. И прямо в кабинете… Явно чем-то таким угрожал, потому что жаловаться ни одна не пришла. Та еще гнида, короче. На передовой с такими иногда случались… трагические кончины. Но это ж штаб батальона…

Косил он под исконного казака – в кубанке щеголял, коня завел, слухи доходили, любил меж своими ввернуть про своих славных предков-станичников. Только доподлинно было известно, что такой же он казак, как я балерина."

"И вот ехал он однажды фон-бароном и высмотрел Эльзу во дворе. Не остановился, ничего – но очень уж блудливо глазом повел. Потом в обратном направлении проехал. И назавтра шагом мимо нашего домика.