Дублёрша невесты, или Сюрприз для Лорда

Несколько глотков — и стало легче.

— Кажется у тебя жар, — подруга прислонила ладонь ко лбу. — Простыла? — она ещё больше разволновалась. — Пойду позову доктора.

— Не надо доктора, — попросила Тоня. Ещё решит отправить в санаторий, как Рунету. А тут Белинда должна вот-вот появиться. — Пожалуйста, пока не надо доктора, — повторила она.

— Хорошо, — не очень охотно согласилась Николь. — Тогда позову Шарлоту. Она умеет делать целебные компрессы. Простуду как рукой снимает.

На Шарлоту пришлось согласиться.

Николь вышла, а Тоню начали терзать тревожные мысли, которые она гнала уже несколько дней. Что с ней происходит? Не могла ли она всё-таки заразиться от Рунеты? Симптомы чем дальше, тем больше становились похожи. Правда, у Рунеты болезнь развивалась стремительно — в течение пары часов появились: и жар, и надсадный кашель, и сыпь, а у Тони всё происходит гораздо медленнее — первые признаки недомогания она почувствовала более двух недель назад.

Кроме скорости развития болезни существовала ещё одна нестыковка: если Антонина заразилась от Рунеты, почему только она одна? Почему хворь не скосила мать Рунеты или кого-то из прислуги — они же ухаживали за больной и общались с ней гораздо теснее, чем Тоня?

Это, вообще, выглядело немного подозрительно, что заболели именно Рунета и Антонина, и именно в такой последовательности. Как будто кто-то специально выводит из строя тех, кто считается основными претендентами на победу. Поначалу, все думали, что выиграет конкурс Рунета. Она сама распространяла такие слухи, да и Лорд не скупился на вето. А потом, когда она выбыла из борьбы, место фаворитки в глазах конкурсанток, наверняка, заняла Тоня. Ведь если Николь заметила, что Максимилиан неравнодушен к Антонине, то и другие могли прийти к точно такому же выводу.

Но кто другие? Кому выгодно выбить конкуренток из борьбы? Николь сегодня даст самоотвод, и претенденток на руку Лорда останется всего двое: Тоня (вернее, Белинда) и Камилла. Неужели это дело рук Камиллы? Подливала незаметно какую-то отраву в напитки? Нет, Тоне не верилось, что милая доброжелательная рукодельница могла прибегнуть к таким варварским нечестным способам борьбы.

Вирджиль сегодня превзошёл сам себя. Из-под его пера вышел уже шестой или седьмой лист, испещрённый ровными строчками. Максимилиан сбился со счёта. Зачем он, вообще, считал?

— А что вы хотите, милорд, — церемониймейстер перехватил пустой взгляд собеседника, — конкурс движется к развязке. Теперь требуется протоколировать всё с особой тщательностью.

Он исписал ещё пару листов, аккуратно их подшил и сложил в папку. Из другой достал два фото: Камиллы и Белинды. Макс заставил себя отвести взгляд. Горечь била в грудь.

— Нам нужно продумать следующий конкурс, милорд.