Дурман
Говорят, первая любовь приходит и уходит. Оставляет после себя приятное послевкусие, а иногда горечь. Проходят годы, но в душе остаётся червоточинка от той самой первой и сильной любви, закончившейся трагически. Тебя когда-то предали, а ты всё равно, спустя годы, скучаешь по тому человеку и по своим разбитым мечтам… Вот у Иры так всё и случилось. Жизнь сложилась, в том числе и семейная, а потом случайная встреча, и она не в силах удержаться от безумства, которое снова меняет всю жизнь.
— А как я должна понять? Ты мне сейчас говоришь, что за все годы нашего брака я должна быть благодарна тебе, что ты сделал выбор в мою пользу?"
"— Нет! Я говорю о том, что я не делал выбор, я знал, что ты меня ждёшь, и я должен был вернуться к тебе. Свет, я любил тебя, мы собирались пожениться, а то лето, оно просто выбило меня из колеи ненадолго. Но мы с Ирой на тот момент ничего не знали друг о друге, и я был виноват перед ней в том, что сбил её с толка, позволил ей влюбиться, а потом так гнусно поступил. И это очень долго не давало мне покоя. Да, я ничего ей не обещал, но она была в том возрасте, когда обещаний и не нужно, а я этого не учёл. Я был старше, у меня были определённые планы на будущее, с ней никак не связанные…
— Но тебе стало скучно и одиноко одному в курортном городке, — закончила за него Света с достаточной долей иронии. И даже с постели поднялась, отошла, чтобы быть от него, как можно дальше.
Алексей покаянно кивнул.
— Да, наверное, так и было. И менять что-либо я не собирался.
— Но влюбился в неё, — с горечью произнесла Света, глядя на мужа с тоской. — И пронёс эту любовь через пять лет нашего брака.
Он головой покачал, отказываясь.
— Это неправда, не приписывай мне столь глобальной лжи. Я не любил её все эти годы. Был влюблён тогда, и долго себя ругал за то, что обидел девочку. — Поморщился. — Признаю, что помнил о ней, но у нас была своя жизнь, Света. Наша семья, Андрюшка родился, неужели ты думаешь, что я мог все эти годы любить другую женщину? Мы были счастливы с тобой, разве нет?
— Были, — проговорила она в сторону, — пока ты всё не испортил.
— Да. — Смысл отрицать?
Света слёзы вытерла, сглотнула с трудом, затем снова к мужу повернулась и спросила:
— И что, когда же возникло это великое чувство? На фоне огромного чувства вины.
Алексей хмыкнул.
— Самое поразительное, что ты угадала. Именно на чувстве вины. Я встретил её в Лондоне, на выставке отца, и… я не знаю почему, но мне захотелось ей объяснить. Что она не была виновата, что я… мудак стопроцентный, изначально её обманул. Хотелось что-то доказать, то ли себе, то ли ей. А в итоге…
— А в итоге ты вышвырнул в помойку семь лет наших отношений. Из-за неё.
— Это сложно.
— Да ни черта это не сложно! Ты снова сделал выбор!
— И я снова выбрал тебя, — упрямо выдвинув подбородок, проговорил он.
— И благодарности ждёшь?
— Нет.
— Лёша, ты любишь меня?
— Конечно.
— Конечно? — От его тона она рассмеялась, но это был смех на грани слёз. — Ты в глаза мне не смотришь уже не одну неделю, бегаешь от меня, мечтаешь о другой женщине, и говоришь, что любишь меня? Ты даже сейчас рассказываешь мне всё это и постоянно на часы косишься, думаешь, улетела она или нет!
Он вздохнул, слов не было. А Света вдруг застонала в голос, и он испугался.

















