Дурман

— Я хочу тебя видеть, — повторил он, и в голосе неожиданно прозвучал металл. — Я думаю о тебе весь день.

Ира руку в кулак сжала и посмотрела на него. Пальцы дрожали, а она пыталась притвориться сильной и твердой, не поддаваться. Смешно, ей-богу.

— Где ты? Я музыку слышу.

— В клубе.

— С мужем?

— Нет…

— В каком клубе, Ир?

Сглотнула и сказала:

— «Морино».

И тут же себя отругала, от досады даже поморщилась. Зачем сказала?

— Я приеду через пятнадцать минут.

И сердце забилось. Приедет, через пятнадцать минут. Всего каких-то пятнадцать минут.

Телефон выключила и замерла, продолжая держать его на вытянутой руке. Пыталась осознать, что натворила. Умом понимала, что глупость совершила, не нужно с ним встречаться, а по телу уже знакомый жар прокатывался, волна за волной, а в голове мелькнула лихорадочная мысль: он едет к ней."

"Губы облизала, медленно повернулась и обвела взглядом, сидящих за столом. На нее никто внимания не обращал, и только Патрик от разговора оторвался, на нее посмотрел и спросил:

— Все в порядке?

Кивнула.

— Да… — Допила залпом свой коктейль, сразу половину бокала, и последствия не заставили себя ждать, голова немного закружилась и щеки защипало. Ира приложила к ним прохладные пальцы, три секунды, и она расправила плечи, схватила свою сумку и нашла взглядом Милу.

— Мне пора.

Та нахмурилась.

— Уходишь?

— Да, мне надо. Я тебе позвоню. — Ира наклонилась к подруге через стол, быстро клюнула ее в щеку. — Спасибо, что вытащила меня, мне это было нужно. — Окинула всех теплым взглядом, махнула рукой на прощание, а Патрику адресовала улыбку. Он поднялся из-за стола, смотрел опять в упор, а руку Иры пожал, и не спешил разжимать пальцы и отпускать ее.

— Очень жаль, что ты уходишь. Я бы проводил тебя.

— У меня изменились обстоятельства. Мне было очень приятно с тобой пообщаться. И потанцевать. Очень давно не танцевала.

— Взаимно, Ира.

Она осторожно освободила свои пальцы и отступила. Щеки горели, казалось, что внутри пожар начинается. И нетерпение, нетерпение бурлило в крови, и Ира едва сдерживала себя, чтобы не помчаться к выходу, расталкивая людей, попадающихся встреч. И вместе с этим понимала, насколько глупо себя ведет. Это волнение, сухость во рту, томление в душе — разве Лешка стоит этого? Он испортил в ее жизни все, что мог, а она бежит к нему, боясь, что он передумает, не приедет или не захочет ждать, даже минуту.

Вышла из клуба, остановилась неподалеку, и принялась оглядываться.