Проданная ему

Какая-то молоденькая блондинка с ярко-голубыми глазами. Странно, но чем-то похожа на меня. Смотрит с восторгом и обожанием на своего спутника, не реагирует ни на что вокруг. Впрочем, в свое время я точно так же смотрела на него, и весь мир мог подождать.

— Фирменное блюдо вашего ресторана и красное полусладкое, — вздрагиваю, когда меню резко закрывают, испуганно смотрю в потемневшие зеленые глаза.

Неприятный холодок ползет вдоль позвоночника, от страха дышу часто и поверхностно. Поспешно забираю меню и чуть ли не бегом ухожу подальше от этого столика. Я спиной ощущаю, как меня щупают глазами, раздевают и не скрывают своего желания. Ему похрен, что рядом сидит восторженная девица, готовая исполнить любую его прихоть. Он сейчас хотел меня.

14

* * *— И на эту жизнь ты променяла меня? — подпрыгиваю на месте, услышав голос за спиной. Оборачиваюсь, рука сжимает ворот куртки, в панике озираюсь по сторонам, с явным облегчением выдыхаю, заметив за спиной Артёма прохожих.

Возле запасного выхода между домами никого нет. И то, что где-то рядом люди, немного успокаивает, но руки все равно начинают мелко дрожать.

На улице светло, бояться, что нападет при свете дня, глупо. Артем хоть и поднимал руку, но это происходило наедине, когда рядом никто из посторонних не присутствовал. В моих интересах находиться с ним на людях, в случае чего можно закричать.

— Ты меня напугал.

— Да ладно? Отвыкла от меня? — ухмыляется, медленно скользя по мне оценивающим взглядом. Выдерживаю этот осмотр. Артем поджимает губы, видимо, рассчитывал обнаружить тут умирающую от голода и от тоски.

— Раз ты здесь, думаю, можно договориться по поводу встречи, чтобы я отдала тебе ключи от квартиры и машины.

— Ты себе папика нашла? — угрожающе двигает челюстью, опасно прищуривая глаза. — Хотя… какой папик, раз ты работаешь официанткой. Наверное, какой-нибудь слесарь из ЖЭКа.

— Тебе какая разница, сам тоже зря время не теряешь, — задираю подбородок, Артем в два шага преодолевает расстояние и хватает меня за локоть, дернув на себя.

— Что позволено Юпитеру, не позволено быку. И ты, моя дорогая женушка, забываешь свое законное место, — его глаза блуждают по моему лицу. Еле дышу от страха, так как Артем похож на безумца, у которого случилось обострение болезни. Глаза лихорадочно блестят, губы подрагивают, и весь он в каком-то напряжении.

— Ведьма, — шепчет, прислоняясь к моему лбу.

Страшно пошевелиться, подать признаки жизни, стою, как статуя, только глаза мечутся в разные стороны. Никому до нас нет дела, со стороны выглядим как парочка.

— Вот чего тебе не хватает? — заглядывает мне в глаза, смотрит проникновенно, с нежностью, но это так обманчиво. Знаю, как эти глаза могут метать молнии и убивать своей жестокостью иль равнодушием.