Проданная ему

Ощущение, будто я попала в особое место, что я избранная, что меня удостоили чести побывать на личной территории Руслана, заглянуть ему в душу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вся квартира выдержана в спокойных бежевых тонах, белая современная мебель, техника. В гостиной большой угловой диван, панорамные окна, плазменный телевизор в полстены. Мое внимание привлекает стеклянный стеллаж, в котором стоят книги и две фотографии в рамках.

— Чай? — Руслан, не оборачиваясь ко мне, идет в кухню-столовую, которая совмещена с гостиной.

— Да, — на одной фотографии изображена молодая женщина, обнимающая мальчика. Оба улыбаются, счастливо смотря в объектив. На другой фотографии — пожилая женщина в черном платке и одежде обнимает того же мальчика, только вот глаза парнишки теперь смотрят в объектив серьезно, настороженно. Рядом с рамками лежит обычный золотой крест с цепочкой и серебряный полумесяц с мечетью на черной шнуровке. За фотографиями находятся Библия и Коран.

Я не слышу, как сзади подходит Руслан, но чувствую его присутствие за спиной. Оборачиваюсь, он смотрит на меня прищуренным взглядом. Что-то в его глазах заставляет меня задержать дыхание. Рядом с ним постоянно испытываю необъяснимое смущение и волнение.

— А буддизмом не увлекаешься?

— Нет.

— Ты не пьешь вино, значит мусульманин? — вспоминаю фрагменты поведения Руслана: не пьет алкоголь, принес говядину, но не чурается отношений с девушкой вне брака. Я не сильна в мусульманской религии, не знаю их каноны и правила. — Или все же христианин?

— Нет, — опускает глаза, приподнимая один уголок губ в подобие усмешки. — Ни то, ни другое.

— То есть? — не совсем понимаю его ответ, слышу, щелчок чайника.

— Ты какой чай предпочитаешь? Черный или зеленый? — чай? Я совсем забыла о том, что согласилась пить чай.

Мои мысли крутятся вокруг Библии и Корана. Загадочный, непостижимый и манящий. Руслан, как увлекательный ребус, я не уверена, что мне хватит терпения его разгадать, но и оставить не могу. Затягивает, как игромана в автоматах, как наркомана, впервые попробовавшего более сильный наркотик, с которого сам уже не слезет."

"— Черный, — он смотрит слишком пристально, смотрит так, словно раздумывает над дилеммой: сейчас вытянуть из меня душу или чуть позже. А я думаю: сразу отдаться или еще посопротивляться, заранее зная, что поражение будет на моей стороне.

— Хорошо. Пойдем на кухню, как раз и поговорим.

Очень надеюсь, что сейчас он мне скажет, что я скоро увижу свою малышку. Не только увижу, но и заберу ее к себе. Любовь и желание быть с дочкой сильнее, чем какое-то там влечение к мужчине.