Две невесты на одно место
Две невесты на одно место… Да, попал Иван Павлович Подушкин между молотом и наковальней. Сразу две дамы утверждают, что Ваня – отец их будущих малюток и, как честный человек, обязан жениться. Конечно, на худой конец, можно и жениться, но на ком из двух? И что делать со второй претенденткой на Ванины руку и сердце? Короче, пока Подушкин пытается хоть как-то решить свои личные проблемы, его хозяйка Элеонора тоже не дает Ване продохнуть. Он мечется по городу, расследуя очередное дело. Их клиент Игорь Самойлов встретил на одной из вечеринок воплощение своей детской мечты. Она была как две капли воды похожа на девушку с календаря. Когда-то в юности Игорь даже придумал ей имя – Франсуаза. И вот совпадение – прекрасное видение тоже звалось Франсуазой. А через некоторое время девушка исчезла из жизни Самойлова так же внезапно, как и появилась. Из квартиры Игоря ничего не пропало. Да и не было у него особых ценностей, разве что коллекция старинных карт, которую собрал его отец. Старый профессор всю жизнь искал пиратские сокровища и даже утверждал, будто нашел место, где они спрятаны…
– Беретесь?
– Нет, – быстро ответил я.
– Да, – мгновенно перебила меня Нора. – Иван Павлович, ну-ка запиши все ответы Игоря на вопросы, которые я сейчас стану ему задавать. Фамилию Франсуазы знаете?
– Да. Белявская.
– Хорошо. Номер мобильного?
Игорь изумленно глянул на Нору.
– Зачем он глухонемой девушке?
– Всякое бывает, – не сдалась Нора, – значит, его у нее нет?
– Нет.
– Ладно. Вы познакомились на тусовке?
– Да.
– Франсуаза пришла с неким…
– Олегом Писемским. Вроде так, хотя Олег и сказал, что она не с ним, но думаю, он тогда соврал из-за жены, небось хотел Франсуазу окрутить.
– Отлично! Давайте координаты Писемского, – воскликнула Нора.
Когда за клиентом захлопнулась дверь, Нора воскликнула:
– Ваня, ты похож на фигуру скорби! Что за кислый вид?
– Думаю, не следует браться за безнадежное дело, – осторожно ответил я.
– Ерунда, оно ясно, как слеза младенца, – отмахнулась Элеонора, – эта Франсуаза, бывают же люди, которые дают своим детям идиотские имена, просто удрапала от кавалера.
– Но почему?
– Господи, ты не понял, что он противный?
– Нет, вполне нормальный человек, похоже, очень аккуратный.
– Зануда! Небось извел бедняжку поучениями, вот она и убежала к родителям.
– Но…
– Не спорь!
– Однако…
– Ступай, звони Писемскому.
– Сейчас почти десять вечера.
– И что?
– Поздно уже.
– Вот! И ты зануда, – констатировала Нора, – действуй, а я пока кофейку выпью. Давай, давай, не жвачься!
Я только вздохнул. Нора подчас бывает невыносима, и потом, мне категорически не нравится изобретенный ею лично глагол «жвачиться». Но, сами знаете, я – наемный работник и не имею никакого права спорить с хозяйкой.
Слава богу, в доме у Писемского не спали, на звонок ответили мгновенно.
– Алло, – сказал тихий женский голос.
– Простите, если помешал, – завел я.
– Ничего, я телевизор смотрю, – прозвучало в ответ.
– Будьте любезны, позовите Олега.
– Кого?
– Олега Писемского.
В трубке воцарилось тяжелое молчание.
– Наверное, я не туда попал, – констатировал я, – еще раз приношу вам свои извинения.
– Зачем вам Олег? – прозвучал внезапный вопрос.
– Так это его квартира?
– Ну… да.
– Ваш телефон мне дал Игорь Самойлов, знаете такого?
– Нет.
Я растерялся.
– Ну как же, Игорь Самойлов, пекарь.
– А-а-а, – ответила женщина, – булочник!
– Вы, наверное, жена Олега.
– Да. Нина.
– Если вас не затруднит, позовите мужа, у меня к нему дело есть.
– Мой супруг умер, – ледяным голосом ответила Нина.
– Господи! Простите.
– Ничего. Вы же не знали.
– Нет, конечно, но и Игорь нас не предупредил.
– Самойлов общался с нами очень редко, – пояснила Нина, – раз в году. У нас имеется общий приятель Виктор Ряжин, вот на его дне рождения мы и виделись. Вполне вероятно, что Самойлов ничего не знает о несчастье.














