Ребёнок от босса. Научи меня любить

— Только не понимаю, почему ты думаешь, что Глеб Викторович тебя сразу понизит? Мне он показался вполне добродушным...

— Снежан, — тяжело вздыхаю, качая головой. — Ты его очень плохо знаешь. Он грубый, чёрствый, бескомпромиссный... Если он узнает, что я скрыла от него беременность, я... я даже боюсь представить, что тогда будет...

— Ну уволить он тебя в любом случае не сможет, — хмурится девушка. — Пусть попробует только. Это не законно — увольнять беременную.

— Уволить, может и не уволит, но вот создать такие условия, в которых я вынуждена буду уйти сама — может. Он не простит мне, что я сразу не рассказала о том, что жду ребёнка.

— А почему ты сразу не сказала, кстати? Может, и проблемы бы сейчас не было...

— Потому что тогда меня бы не повысили. Прошлой помощницы Воронцов лишился, потому что та ушла в декрет. Естественно, он не стал бы брать на её место ещё одну беременную сотрудницу.

Объясняя это всё Снежане, чувствую себя просто отвратительно. Я ведь соврала начальству. Точнее, не сказала о том, что жду ребёнка. Но это, по сути, тоже самое, что солгать.

— Мне очень нужна была это должность, — поясняю, пытаясь хоть как-то оправдать свой поступок. — Ребёнок родится, я вынуждена буду уйти в декрет и... нам нужно будет на что-то жить всё это время.

— А муж? Или молодой человек? Он разве не собирается вас поддерживать?

Выключаю кран и, стряхнув с ладоней капли воды, оборачиваюсь к девушке. Прикусываю губу.

Я никому об этом не говорила. Ни одной живой душе. Даже моя родная сестра не знает о том, что я решилась на такой шаг.

— Я забеременела с помощью донорского материала, — отвечаю на выдохе.

В воздухе повисает молчание. Ожидаемая реакция.

Тяжело вздыхаю и поднимаю голову на девушку.

— Я знаю, большинству женщин не понять такого желания — родить одной, стать матерью одиночкой. Но, поверь, это было моим обдуманным решением. Я достаточно натерпелась от мужчин, чтобы чётко решить для себя — мне никто не нужен. Всё чего я хочу — это ребёнок. Малыш, который будет любить меня такой, какая я есть. Просто потому, что я его мама.

С вызовом смотрю на стоящую передо мной Снежану. Если сейчас я увижу в её глазах упрёк, меня это не тронет. Это моё решение. Только моё. Возможно, в первый раз в жизни принятое исключительно исходя из собственных желаний, а не по чьему-то приказу. И никто не вправе упрекнуть меня за это.

Однако, вопреки ожиданиям, ничего подобного во взгляде девушки я не вижу.

— Тебе не нужно передо мной оправдываться, Инн, — отвечает, протягивая мне брошенные в кабинете бумаги. — Я тебя понимаю.

— Спасибо, — шепчу с облегчением.

Забираю из рук Морозовой документы и только сейчас до меня доходит.