Две половинки

Помнил бессонные ночи, напролет заполненные шушуканьем, смешками, любовью, и утра, когда дрожали ноги от чрезмерных сексуальных нагрузок.

Куда это все делось?!

Ведь были родными, близкими – каким образом стали чужими, равнодушными, отстраненными? Почему не заметили, как так получилось?!

Но нынешний Степан Больших, реальный человек, который живет здесь и сейчас, в тех обстоятельствах, которые сложились и которые никакие воспоминания не могли изменить, понимал, что ничего не воротишь, как ни старайся. И точно знал, что их брак уже ничто не спасет.

Надеждины коммерческие занятия как-то быстро и резко стали полноценным бизнесом, потребовавшим перемен и в быту.

В один из редких вечеров, когда они встретились дома, жена оповестила Степана о грядущих переменах, своих решениях и предпринятых в данном направлении шагах.

– Хорошо, Больших, что ты дома. Нам надо поговорить!

Последнее время она обращалась к нему только по фамилии, игнорируя имя. Может, так модно было, или это завуалированное пренебрежение?

Степану и это давно стало безразлично.

Он решил, что грядет разговор о необходимости развода, и, странное дело, почувствовал облегчение, как отмену приговора в зале суда.

И ошибся. Нет, не о разводе.

– Нам нужна квартира побольше. Я уже присмотрела пятикомнатную в высотке. Это, разумеется, очень дорого, но мы продадим вот эту твою, бабушкину. Я узнавала, она хороших денег стоит – центр, старый фонд, три комнаты, кухня большая. И еще. Ты помнишь моих дядю и тетю, ученых, они на нашей свадьбе были?

Он равнодушно помотал головой.

– Ну, не важно. У них не было детей и родственников, кроме моей мамы. И они объявили меня единственной наследницей. Семь лет назад умер дядя, а тетя – полгода назад. Я уже вступила в права наследования и оформила все документы. Так вот, от них мне досталась небольшая однокомнатная квартира на Коломенской, возле парка. И самое главное: большой каменный, капитальный дом с участком в академическом поселке. Эту квартиру я продам, а дом оставлю. Сейчас престижно иметь дом за городом.

– Надь, – вдруг спросил он, – а почему ты со мной не разводишься? Зачем я тебе?

– Ты мой муж! – твердо ответила она. – Мы семья. В семье всякое случается. Мы все преодолеем. Я понимаю, что у нас наступило некоторое отчуждение, но это потому, что времена переживали трудные. Сейчас все у нас наладится. Муж – это навсегда!

– Нет! – покачал головой Степан. – «Муж», «жена» – понятия временные, а вот «бывший муж», «бывшая жена» – это как раз пожизненно. Я так и не понял, за каким чертом я тебе нужен?"

"– Ты мой муж! – повторила она с нажимом. – Я тебя люблю! Надеюсь, это понятно?

Это как раз было непонятно: то, что ни фига она его не любит, и давно – не вызывало сомнений. Степан подозревал, что кто-то у нее есть на стороне.