Две половинки

Степан махнул безнадежно рукой – о чем говорить!

– Диссертация хоть готова?

– Да вот она лежит, как макулатура! – горестно признался Степан и вытащил из ящика стола пухлую папку – А толку! Кандидатский минимум ни один не сдал – некогда! А-а-а!

И кинул папку назад в стол.

– Не прибедняйтесь, Степан Сергеевич. Статьи я ваши просмотрел. Грамотные статьи. Интересные. Так что, пойдете? Нам нужны лучшие, поэтому и зову. – Отставив чашку, он поменял тон с простецкого, почти отеческого, на серьезный: – Диссертацию поможем защитить, зарплату будете получать большую, по-настоящему большую, достойную. Машину выделим в полное личное и служебное распоряжение. Работа, правда, трудная, грязная и опасная. Вылетать, выезжать на все ЧП, катастрофы, по стране и всему миру, назначим вас руководителем одной из медицинских бригад. Вникать, учиться, перестраиваться на иной стиль работы придется быстро и зачастую в процессе самой работы. Требования самые жесткие, но обещаю: скучать и расслабляться будет некогда. Вам надо подумать, с женой посоветоваться? Звоните, советуйтесь, решайте прямо сейчас.

– Какое советоваться! – поразился Больших. – Конечно, я согласен!

– Отлично! – сдержанно порадовался замминистра, вставая. – Да, и личный вопрос: отца моего есть кому передоверить? А то ведь утверждают, что, кроме вас, никто не справится.

– Есть, – заверил Больших, – у нас хорошие врачи. Самое главное для него сейчас – это уход, приготовьтесь к долгой реабилитации, физиотерапия, специальные упражнения. Рука будет работать.

– Спасибо вам за него большое, – очень по-человечески поблагодарил чиновник. – Вам позвонит мой секретарь, вечером, передаст список необходимых документов. Завтра придете в министерство оформляться.

– Что, вот так сразу? – не выходя из состояния легкого шока, спросил недоверчиво Больших.

– Мы не Госдума и не та контора, чтобы тянуть с решениями и делами! – отрезал замминистра совершенно министерским тоном. Попрощавшись, мужчина вышел за дверь, оставив Степана в полной растерянности осмысливать, на что только что он подписался.

К переменам в карьере мужа Надежда отнеслась довольно равнодушно, поздравила без особых эмоций – для нее его новая работа ничего не меняла, как пропадал Степан сутками на работе, так и дальше собирается пропадать, напротив, теперь отсутствовать он будет гораздо более продолжительное время. Надя давно уже равнодушно относилась к его делам.

А он с молодым энтузиазмом ухнул в учебу, тренинги, занятия, неделями не вылезал с полигона, где проходили учения, приближенные к реальным условиям на месте катастроф.

Помолодел. Загорелся новизной, впитывал знания с такой внутренней радостью, которую и забыл, что когда-то испытывал.