Две половинки

С тщательно скрываемым страхом и мандражом вылетал в первую действительно серьезную экспедицию в качестве руководителя медицинской бригады, на наводнение в Индонезию.

Не без ляпов мелких, но справился! И ребята у него в бригаде замечательные, сам отбирал, присматривался к людям – работать же вместе, а специалисты, каждый – как редкие бриллианты, на подбор!

Не все так просто и не в один день, ему приходилось не только лечить и спасать, но и решать множество организационных вопросов, руководить людьми, вырабатывать вместе с руководителем всей эмчээсовской команды стратегию проведения спасательных операций, учиться работать большим коллективом – слаженно, до миллиметра и секунд времени.

Он уставал как черт, голова работала на пределе от усвоения новой информации, а тело ныло от физических нагрузок, но Степан засыпал радостным и просыпался радостным.

Ему не просто нравилось, ему было интересно! И он чувствовал, что живет!

Постепенно тело перестало ныть, привыкнув к каждодневным многокилометровым пробежкам и силовым упражнениям, а мозги научились без суеты и паники впитывать знания, раскладывая по полочкам в памяти. И через какое-то время Степан вдруг осознал, что стал хорошим специалистом.

Супер.

И еще он понял, что учиться придется всю жизнь, сколько он будет здесь работать. Каждая новая ситуация, выезд на происшествие – уникальна, неповторима и преподносит свои специфические особенности, так что приходится ориентироваться на месте, применяя весь уже накопленный опыт, добавляя к нему новые знания.

То, что надо! Именно то!

Порой ему казалось, что он работал здесь, с этими людьми, в таких экстремальных условиях всегда.

Событие второе и неизбежное произошло, когда Степан проработал на новом месте где-то около полугода."

"Все классически, выдержано в жанре любимого народного анекдота…

Он на день раньше вернулся из экспедиции: что-то там не состыковалось в высших межгосударственных делах, их сняли раньше времени с места и отправили домой.

Степан открыл дверь, вошел, скинул с плеча тяжелую сумку на пол и притормозил дальнейшее движение, остановленный услышанным – по огромной пятикомнатной квартире, выдержанной в стиле минимализма, свободно и радостно разлетались громкие восклицания шедшего к апогею горячего секса.

Степан намеренно громко хлопнул входной дверью – предупредить о своем появлении, чтоб не доводить анекдот до абсурда – еще выплывут в чем мать родила из спальни – и прошел в кухню.

Переполошенный шепоток, шелест торопливо натягиваемой одежды, осторожные шаги, хлопок входной двери…

– Это ничего не значит! – по-деловому заявила Надежда, входя в кухню в легком шелковом пеньюарчике.

– Надь, нам давно следовало развестись.