Двое под одной крышей

- Где собрали? - тупил тот. Он бы много отдал, чтоб узнать, в каких таких местах можно «насобирать» столько денег! Ну, не на дороге же они валяются...

- По дому прошёлся. Скинулись по-соседски. Вам помощь не помешает! Да, бери ты, чего стоишь?!

Кирилл не стал уточнять, почему это «им не помешает», если проблемы были исключительно у Киры, а вместо этого заметил:

- Она денег не возьмёт. Ей уже Фира Львовна предлагала.

- Гордая, значит? - выгнул бровь Константин.

- Выходит, что так...

- Ладно... А с врачами вы уже говорили? Какие прогнозы?

- Нет. Не знаем ничего. Так, поймали случайно Киру у аптеки, перекинулись парой слов.

- Ну, это так нельзя оставлять. Давайте-ка я сейчас все разузнаю..."

"Константин подошёл к регистратуре, о чем-то переговорил с администратором. Итог беседы депутата явно не удовлетворил, потому что он принялся кому-то звонить. Кир наблюдал за соседом со стороны, вернувшись воспоминаниями к их совместной воскресной пробежке. Как Сёма и обещал, на нее вышли исключительно мужчины. Не было только опального Лешки и маленького Саши - их с Таней сына. А так - присутствовали все. Даже Рудик в очередном, потрясающем воображение, наряде. Где он его раздобыл - оставалось загадкой. По мнению Кирилла - ни один приличный магазин спортивной одежды не рискнул бы выставить на продажу подобный товар. В отличие от них, Рудольф был экипирован по полной. В изящных руках художника находились палки для финской ходьбы!

Бежали они по не самому простому участку - тропинке вдоль берега реки, а там и подъёмы были, и спуски, и выступающие корни деревьев, которые они перепрыгивали на бегу. Темп, в принципе, был у всех одинаковый - особо не торопились, да и выносливость у каждого из мужчин была на уровне. Отставал только Рудик. Ну, у того и дисциплина была другая. Ходьба - она и в Африке ходьба. Мужчины пробежались пару километров, пока тропинка не оборвалась, и остановились отдышаться. Лёгкие горели, по ногам растекалась приятная усталость, и жутко хотелось пить. Кир уперся ладонями в колени и тяжело дышал. Вскоре к ним присоединился и отставший Рудольф. Не в пример более молодому поколению, Рудик даже и не запыхался. Уселся прямо на траву, подперев спиной дерево. Поднял голову к по-летнему высокому небу.

- Ну, рассказывай, Костя, как дело было! - вдруг скомандовал он. Костя промолчал, сделав вид, что не услышал вопроса.

- Нет, ты можешь, конечно, и дальше уподобляться страусу, и прятать голову в песок, - ответил на молчание Рудольф, - да только сам подумай, чем обернутся для тебя такие страусиные повадки. Депутат сдвинул густые черные брови, неуверенным и явно ему несвойственным движением провел рукой по затылку, видимо, сомневаясь, что здесь можно сказать.

- Подлец я... И предатель.