Двое в лодке, не считая контракта (СИ)

От улыбки Марка Далтона не осталось и следа. Сейчас перед Томом стоял жесткий и уверенный в себе альфа, который явно не собирался откладывать дело в долгий ящик:

— Ты же понимаешь, что наш брак — это фикция, как бы там ни хотели наши родители? — спросил он, на что Томас просто кивнул. — И что добиваться от меня взаимности бесполезно? — глаза Тома удивленно распахнулись, и это явно позабавило Марка. — Ты удивлен, Хейли?

— Да, я удивлен. Ты заранее уверен, что я собираюсь поверить в наш брак и намерен в тебя влюбляться? - Томас был возмущен. Конечно, альфы чаще всего самоуверенны, но чтобы настолько!

— Тогда все складывается лучше, чем я думал. И хотя я все же не уверен, что ты продержишься долго, — Марк подошел вплотную к Тому и втянул воздух рядом с его ухом.

Томас вздрогнул. Запах альфы был какой-то странный. Том не мог понять, что его смущает. Но чувство было неприятным и новым, а объяснения собственной реакции не находилось.

— Ты странно пахнешь, Хейли. Твоего запаха почти не слышно. Даже розы вашего сада сегодня благоухают куда соблазнительней, — Марк отстранился, — но и это меня радует. Ты абсолютно точно можешь не рассчитывать на какие-либо изменения в наших контрактных буднях.

— Я буду только рад, — глухо ответил Том. Марк не сказал ему ничего нового, но кому понравится, когда ему указывают на собственную несостоятельность? Том очень хотел уйти сию же минуту и почти обошел Марка, но тот успел схватить его за локоть.

— Я еще не договорил, а ты уже убегаешь, Хейли. Это невежливо. В твоих же интересах дослушать то, что я хочу сказать.

— Если ты и дальше продолжишь в такой изощренной форме меня оскорблять, то до контракта дело не дойдет, Далтон, — холодно, отделяя каждое слово, проговорил Томас. — Боюсь, мне придется огорчить родителей и пойти против их воли, наплевав на бизнес и договоренности.

— Теперь мы в одной лодке, Хейли, и идти ко дну я не собираюсь, даже если мне придется тащить тебя под венец насильно.

— Тогда сделай пребывание в лодке таким, чтобы в ней хотелось плыть, а не выброситься за борт.

— Неужели ты такой слабак, Хейли? Такой слабак, каким кажешься снаружи? Я уж было подумал, что ты гораздо крепче, но, очевидно, твоя внешность не обманчива, — Марк не успел договорить, как Томас выплеснул ему в лицо воду из графина, заботливо оставленного на столе Стефаном.

На рубашке медленно расползалось мокрое пятно. Марк внезапно улыбнулся.

— Твои условия, Томас Хейли?"

"Бизнес. Это всего лишь бизнес. Сделка. Повторяя про себя эту мантру, Томас сел на скамью и спокойно посмотрел на Марка:

— На публике мы будем создавать видимость семьи. Я не хочу, чтобы родители на протяжении пяти лет чувствовали себя виноватыми. Они хотят верить в чудо, поэтому пусть верят. Ты же не ограничиваешь мою свободу, а я твою.