Двойная тайна от мужа сестры

Ева замечает меня, и я улавливаю резкое движение назад, она хочет отстраниться и пытается отплыть в сторону, отводит взгляд, чтобы не смотреть на меня. Уверен, будь она одна, немедленно ушла бы отсюда, но в то же время знаю, что она не может запретить детям самое классное развлечение, какое только существует. Дети обожают купаться, я сам сбегал на речку в деревне, несмотря на запреты и на то, что могли отхлестать ремнем.

— Дядя Давид, а вы умеете нырять? — снова малолетние спиногрызы отвлекают меня от созерцания, разряжая обстановку. А я уже забыл, как поглощать кислород.

Его адски не хватает. Ева, что же ты со мной делаешь? Как же подступиться к тебе? Как подобраться и как извиняться перед тобой? Ведь я чувствую, что ты ни в чем не виновата.

Возможно, Дюраны как-то заставили тебя или обманом выяснили секретные данные по поводу тендера, благодаря которым их компания победила. Ты ни при чем.

Кстати, об этой победе: она ничем для него хорошим не обернулась, как мне донесли. Отели стоят недостроенные, он не смог ничего сделать без своего папочки. Весь в долгах, кредитах, подмоченная репутация. Никто с ним не будет связываться.

Мало того, случилось ЧП, обвалились балки. Кретин угробил человека. У меня в руках есть все средства и инструменты, с помощью которых могу надавить на нужных людей, чтобы Олега привлекли к ответственности немедленно.

Даже могу сделать всего лишь один звонок, приедут и заберут его, куда полагается. Но я снова, не понимая сам себя, торможу, потому что не хочу лишать своих детей отца, вернее, человека, которого они таковым считают.

Присматриваюсь, как они общаются, является ли он хорошим отцом. Я не воспитывал их, был лишен этого счастья, не видел первых шагов, не радовался первому зубу или слову, не гладил округлый живот беременной Евы, не присутствовал при родах и не наблюдал, как они растут.

Мне хочется знать о них всё, и я обязательно расспрошу их мать, но Олег помогал им расти, пусть он кретин, недоносок и бездарный управленец, он делал то, что я не смог, и он принял Еву с чужими детьми, тогда как семья обидела так, что она вынуждена была скрываться в чужой стране, бросить учебу, отвергнуть полностью связи с семьей. Даже на свадьбу сестры не приехала, ни с кем не общалась, что снова подтверждает: она не такая, как они.

Подхожу к краю бассейна, снова наблюдая за Евой. Она такая же стройная, беременность никак не отразилась на ней, разве что появились приятные округлости, приходится плюхнуться в воду, чтобы никто не заметил, как меня взволновала наша встреча. Плаваю вокруг них, как огромная акула рядом с незадачливыми пловцами, которые не замечают опасности. А она хочет их сожрать, мои мысли имеют остро выраженный кровожадный характер.