Еда и патроны
Глобальная война случилась. 23 июня 2012 года руководство США приняло решение о нанесении «упреждающего» ракетно-бомбового удара по территории Российской Федерации. Агрессоры не боялись ответа. Они надеялись на систему ПРО, но сильно ее переоценили. Ад сорвался с цепей и поглотил Землю. Города лежат в руинах, присыпанных пеплом их жителей. Но человек не перестал существовать как вид. Уцелевшие представители рода людского спрятались в глубокие норы, затаились и переждали.Минуло семьдесят лет со времен Армагеддона. Человечество постепенно встает на ноги, заново учась существовать в изменившемся мире, где любой поселок – это крепость, осаждаемая враждебным лесом, а тоталитарные города-государства борются друг с другом за влияние и ресурсы. Стас, вольный стрелок, чьё благополучие зависит лишь от него самого и верного автомата, направляется в один из фортов, чтобы обсудить с потенциальным нанимателем будущую работу. Помощь жителям в обезвреживании залетной банды – обычное, почти рутинное дело, которое очень скоро оборачивается настоящим кошмаром, а следующая за ним цепь событий изменит не только жизнь наемника, но, возможно, и сам мир.
Эй, ну что такое? – Он поднялся и подошел к Катерине, заметив, как та насупилась, передернув плечами, словно от сквозняка. – Чего опять куксимся?
Катя неуверенно взяла Стаса за руку и сжала ее в своих ладонях.
– Перестань, – тихо сказал он, заглядывая в потупленные серо-голубые глаза. – Все будет нормально.
К воротам Стас пришел на десять минут раньше условленного, но Леший был уже на месте в полной боевой выкладке, с оптикой, прицепленной к РПК, и с полупустым рюкзаком за плечами.
– Здорово, – поприветствовал он. – К делу готов?
– Всегда готов.
– Хорошо, тогда выдвигаемся.
Утро выдалось совсем уже по-осеннему холодное, после относительно теплой ночи землю покрывала белесая пелена тумана. Обитатели трущоб в этот ранний час еще спали, за исключением тех, которых похмелье и промозглая стужа нетопленых лачуг совместными усилиями выгнали на поиски чего-нибудь согревающего и хотя бы условно годного для приема вовнутрь. Они, словно призраки, пошатываясь бродили в колышущейся белой дымке среди черных нищих халуп, обитых кусками рубероида и ржавой жести.
– Долго отсюда до Вербовского топать? – поинтересовался Стас, когда они уже подходили к переезду.
– Часа три, если без происшествий.
– Можно было лошадь взять и на телеге подъехать, докуда дороги хватит, а там бы уж пешком.
Леший глянул через плечо, неодобрительно прищурившись:
– Собак кониной угостить хочешь? Или кобылу выпряжешь и под уздцы за собой по оврагам поведешь?
– Про собак ты не говорил.
– Да есть там пара стаек небольших. Нас-то бестии вряд ли тронут, а вот коняшкой, без присмотра оставленной, закусить не откажутся.
Они без остановок миновали переезд и подошли к темной дыре тоннеля под верхней железнодорожной насыпью.
– Стоп, – поднял Леший выпрямленную ладонь. – Посвети-ка, – приказал он и сам, отщелкнув с клипсы фонарь, направил его в дышащий сыростью зев.
Два желтых световых пятна вспыхнули в темноте и поползли в глубь тоннеля, облизывая забетонированные своды, проваливаясь то тут, то там в выбоины, ощетинившиеся арматурой, скользя по рытвинам земляного пола, наполненным желтоватой влагой, источающей удушливый смрад.
– Что ищем? – шепотом спросил Стас, продолжая прочесывать лучом непроглядную тьму рукотворной пещеры.
– Крыс, – лаконично ответил Леший. – Сегодня вроде чисто. Давай вперед, не торопясь.
– Может, по верху лучше?
– Не стоит, – покачал головой Леший, вглядываясь в сырой мрак тоннеля, – с верхней насыпи еще не все мины убрали. Флажков, что ли, не видел?
– Нет.
– А знаешь почему? Потому что нету их там, флажков-то. Господин Грицук предпочитает самый дешевый способ разминирования – сталинский.

















