Единственная

Эх, правы были дроны, опасная планета, даже чересчур!

Мысленно я уже обращалась к высшим силам, умоляя о спасении, окончательном и бесповоротном, а то все частями и половинками получалось. Просила земных заступников вызволить меня из очередной переделки, в которую попала по собственной глупости. Дура! Скучно мне, видите ли, стало! Цивилизованная овца, привыкшая к развлечениям, соблюдению законности и прочим благам. Даже дроны не успели вытравить из меня эту цивилизованность и привычки. Обругав себя, потом перебрав всех святых, кого помнила, тоскливо вздохнула, посмотрев на безмятежное небо, и мысленно выкрикнула: «Когда же нас эвакуируют отсюда?»

Но сверху промолчали, а окружающие загалдели еще громче, возвращая меня в неприглядную реальность.

Наконец пафосный вождь местного племени, сложив руки на широкой груди, показывая в выгодном свете литые бицепсы, выставил длинную мускулистую ногу чуть вперед, свел к переносице светлые брови и сверкнул золотистыми глазами. Прямо статуя Аполлона в закатных лучах багровеющей звезды. И только после того, как на площади установилось гробовое молчание, произнес на полярном длинную фразу. Кажется, владыка донес до меня, насколько он всемогущ, а я грязь под ногами.

В этот момент что-то звякнуло, грякнуло, и мимо нас пробежала… местная «курица». Кудахтала одомашненная представительница полярной фауны точно по-куриному и голова на куриную похожа, но вот длинное тело на четырех лапах, хоть и с оперением, портило восприятие. Следом за ней бежал «петух» – «птица» покрупнее и с лысым хвостом."

"Великому не понравилось, что я отвлеклась от него. Мой локоть перехватил конвоир и дернул, возвращая внимание к главному персонажу сего действа. Его величество хлопнул в ладоши – и соплеменники дружно присели, склонив головы. Будто в реверансе. Чувствуется дисциплина!

Дальше все замерли, принюхиваясь к чарующему аромату, расползавшемуся вокруг и погружающего в странное состояние расслабленности и одновременно возбуждения. Запах, который я почувствовала, когда мы только пришли в деревню, по интенсивности ни в какое сравнение не шел с распространившимся теперь, тот был лишь слабым отголоском.

На грани сознания вспомнила, что Джар сегодня говорил, полярники «производят» сильные запахи, и этот фактор – главный в здешней вертикали власти. Кроме того, аромат возбуждает и еще создает наркотическую зависимость.

Я медленно подняла глаза на вождя. Он смотрел на меня по-прежнему снисходительно, высокомерно, казалось, ожидая, что я прямо сейчас паду перед ним ниц. Еще больше поразила свита Великого и Большого Мерзавца: туземцы уже не дрожали – тряслись, буквально поедая его глазами. И я убедилась, что именно он – источник навязчивого запаха.