Его любимая кукла

И каждую минуту оборачиваясь, на случай, если за ними следили."

"Сегодня же она придумает, куда уехать с Кириллом. Играть и дальше в спокойную жизнь рядом с сыном и родителями ей нельзя. Всё позже. Когда она поймёт, что Виктор сдержал своё слово, и ни жена, ни ребёнок ему больше не нужны и никогда не понадобятся.

Вернее, если поймёт…

Кир уснул, как это делают только маленькие дети – быстро, словно кто-то отключил его на ночь. Арина долго сидела в изголовье его кровати, гладила сына по волосам и быстро, будто боялась, что её застанут на месте преступления, стирала безостановочно бегущие из глаз слёзы.

Почему ей не становилось легче? Даже сейчас, когда она была рядом с Кириллом, радость от того, что снова может быть рядом со своим ребёнком, была неспособна затмить глухую боль в душе. Возможно, ей могло быть стыдно от этих мыслей, если бы не одно «но». В её сердце, которое она когда-то похоронила для всех мужчин, теперь жили чувства к Королёву, и с ними она не собиралась и не хотела бороться.

Она поднялась с постели сына, выключила ночник и направилась к себе в спальню. Роман был далеко – и дело было даже не в расстоянии, которое теперь пролегло между ними. Он был в принципе непереносимо недосягаем, и с этим ей нужно было смириться. И желательно как можно скорее.

Открыв ноутбук, она устроилась удобнее на постели и принялась искать билеты на ближайшие рейсы… куда? Даже не представляла пока, куда именно. Просто вводила названия городов, которые первыми приходили в голову, после чего хмурила брови и морщилась. Чтобы впоследствии проделать ровно то же самое.

Ей не давало покоя желание остаться у родителей. Она безумно устала ото всего, и представлять, что вот-вот им с Киром нужно будет сорваться с места, чтобы снова бежать, было невыносимо. Но она была вынуждена это сделать, иначе и её безопасность, и безопасность сына были под угрозой.

Арина так увлеклась своим бесцельным поиском неизвестно чего, что не сразу заметила входящее сообщение в почтовом ящике. Её сердце, поначалу замершее не несколько бесконечных секунд, забилось с утроенной силой. Она не видела, кто отправил это послание, но в те мгновения, пока набиралась храбрости, чтобы прочесть письмо, успела поверить, что это мог быть Королёв, или хотя бы Заславский, связавшийся с ней по просьбе Романа.

И только когда открыла почтовый ящик, поняла, насколько готова была самообманываться. Первым желанием было отправить письмо в корзину, но она почему-то этого не сделала. Просто сидела, вглядываясь в крохотный аватар той, кто попытался с ней связаться, и не понимала, кому пришло в голову так с ней шутить.

На неё смотрела та женщина с фотографии, которую они с Королёвым обсуждали совсем недавно.