Его маленькая слабость

Но это будет завтра. Вот пусть он — тот другой я, и разбирается с последствиями.

Лишь бы снова не обидел.

— Приехали, Глеб Виталич, — оповещает водила, и я отлипаю от сиденья.

— Ну, пойдем, глянем, — бормочу, выбираясь из машины.

Вхожу в двери магазинчика, и сразу направляюсь к кассе. Продавец глядит на меня с очевидным недоверием. Ну а как вы хотели? Круглосуточно работать и без клиентов? Извиняйте.

— Мне нужен алфавит, — начинаю я без прелюдий.

— Это в детском...

— Не, погодите, этот... как его? Брайля.

Пацан кивает и усаживается за комп:

— Сейчас посмотрим.

Пока он стучит по клавишам, осматриваюсь. Рядом с кассой целая витрина всяких побрякушек. Забавные цветастые ручки и карандаши. Брелоки, пестрые резиночки, блокнотики в разного рода ярких обложках. И прочая дребедень.

Ей бы понравилось. Девочкам нравятся всякие такие штучки. Да только она у меня необычная девочка…

Прямо перед кассой стоит полка с какими-то зверушками непонятного происхождения, так как густая белая шёрстка закрывает даже стеклянные глазки бусины.

Беру одного в руки. Уши длинные. Будешь кроликом.

— Этого беру, — бормочу, опуская рядом с кассой.

Ещё один зверёк привлекает внимание. Маленькая гиперпушистая птичка.

— Этого тоже посчитай, — велю, выкладывая перед продавцом меховых созданий.

Недостаточно.

Сгребаю жменю разносортного зверья, сколько в руку поместилось, и выкладываю на стойку.

— Думаю, так достаточно, — чешу затылок, понимая, что это перекрывает мое свинство ровно на ноль.

Зато может хоть улыбнётся.

— Нашёл, — наконец отзывается продавец. — Вам повезло. Ее кто-то заказал несколько месяцев назад и так и не дошёл, чтобы заказ забрать. Валяется на складе, — он выходит из-за стойки и направляется к внутренней двери.

— Ты там глянь, может мне ещё с чем повезло, — кидаю ему вдогонку. — Все, что есть для незрячих, тащи.

— Посмотрю, — продавец кидает выразительный взгляд на охранника, что мнется у входа в магазин, и прячется за дверью.

Похоже вид у меня сейчас не слишком презентабельный. Усмехаюсь. Нынче-то подобные косые взгляды смешат. Но было ведь время, когда я не на шутку боялся охранников.

Я-то шпаной для них был. Беспризорником. Да не только для них. Так и было. Это сейчас дядя серьезный. А когда-то тащил, что не попадя из магазинов, чтобы хоть поесть."

"Так меня и заметили «старшики». Приютили, так сказать. Да только лучше б я и дальше в магазинах подворовывал. У этих ребят было все куда серьезней. И с каждым «делом» моя душа в порошок стиралась.

Хотя теперь грех жаловаться. Если бы там не поднялся, то сейчас наверно так и скитался бы по общагам.

Неторопливой походкой прохаживаюсь вдоль книжных полок. Останавливаюсь у стеллажа со сказками.