Его темная целительница (СИ)

– Вас там в вашей Темнейшей не только не моют, но еще и не кормят? – ехидно поинтересовался Патрик.

– Ты себе даже не представляешь, как ты близок к истине, друг мой, – пропел Валентайн.

А затем сложил ладони в молящемся жесте и поднял глаза в потолку:

– О, Темнейший! Благодарю тебя за хлеб насущный и чистейшую воду, что ты ниспослал своим детям!

Патрик продолжал сохранять каменное выражение лица, хотя я видела, как его челюсть так и норовит отпасть.

– Валентайн… – тихонько позвала я.

– Не мешай! Видишь, я истово молюсь? – не отводя взгляда от потолка, сказал темный.

– Вижу-вижу… только это… – я даже немного замялась, подбирая слова. Как бы корректнее выразиться? – Ты не в ту сторону молишься.

– М? – Валентайн покосился на меня.

Я показала пальцем вверх.

– Там Пресветлый.

Я показала пальцем вниз:

– А там Темнейший.

Валентайн оскалился:

– Ты же образованная девочка, должна знать, что это две грани одной сущности.

Я не стала вдаваться в теологические дискуссии, мне с избытком хватило философских, и уже взяла в руки приборы, чтобы, наконец, нормально поесть впервые за долгое время, но Валентайн попросил:

– Погоди.

И произнес холодным, властным, пугающим тоном:

– Аурум.

За его плечом точно из серебристой пыли возник полупрозрачный тонкий юноша, словно весь покрытый блестками. Валентайн даже не оглянулся. Зеленые глаза сияли, полные магии, когда парень отдал приказ:

– Проверь.

Полупрозрачный юноша распался на серебристую пыль и мерцающим вихрем пронесся по столу. Красивенько. Только мусорить в тарелки было совсем необязательно!

Хотела возмутиться, но демон снова оформился за спиной Валентайна и с поклоном произнес:

– Тяжелый приворот во всех тарелках рядом с девушкой. Яд для магов во всех тарелках рядом с вами, господин.

– Ясно. – сухо произнес Валентайн и сделал отпускающий жест рукой, развеевая демона.

Я отложила приборы. Мы помолчали.

– Нет, все-таки зря я тебя спасла, – спокойно произнесла я, рассматривая испорченную еду.

55

– Чтобы ты понимала, на потолке тут прятан рисунок хитрой пентаграммы, блокирующей светлую магию, – добавил Валентайн.

Подготовился? Молодец.

– Сломать можешь? – невинным тоном поинтересовалась я, даже не смотря на Патрика. Которого, к слову, крепко-накрепко привязала к стулу невесть откуда взявшаяся тень.

– Легко, – пожал плечами Валентайн и щелкнул пальцами.

Поперек потолка пробежала тонкая трещина, местами посыпалась штукатурка.

– Готово.

– Благодарю, – величественно кивнула я и размяла пальцы.

Патрик задергался, когда я поднялась. Валентайн с любопытством наблюдал за происходящим. Я встала за спиной ночного короля, потерла ладони и распростерла их над ночным королем. Патрик дергался изо всех сил, молча, отчаянно и совершенно бесполезно.