Эхо вины

Она и понятия не имела, как выпутаться из этой дикой ситуации.

– Мне остается только надеяться, что Ким не слишком волнуется за меня, – вздохнула она.

Натан сделал большой глоток из своей бутылки.

– Судя по твоим словам, Уолкеры балуют ее, как родную внучку, и ей очень неплохо у них, – заметил он. – И что с ее мамочкой ничего не случилось, она тоже знает, ведь ты звонила ей утром. Думаю, что она умница и ведет себя хорошо.

Вирджиния кивнула:

– Наверное, ты прав.

Женщина прижалась лбом к дверному стеклу. Каждый раз, приезжая сюда, она бывала просто потрясена неземной красотой окружающего ландшафта.

Ей хотелось слиться с небом, морем, солнечными лучами, потому что наглядеться на всю эту прелесть она не могла. Здешняя природа не теряла своего очарования даже пасмурной осенью. Вирджиния чувствовала себя тут как дома. Это было такое место, в котором, как ей казалось, прошло несколько ее жизней.

– Ну что, вперед, через мост? – спросил Натан."

"Вирджиния отрицательно покачала головой. Она страстно хотела замедлить ход времени, побыть еще немного на материке, прежде чем они поедут дальше на север, на Скай.

Женщина не объясняла, почему ей так хотелось, но ей казалось, что Натан все понимает без слов. У нее было такое чувство, что как только они окажутся на острове, свершится нечто непоправимое. Почти два дня они провели в дороге, проехали всю Англию и Шотландию, и все-таки ей казалось, что в любое мгновение она может все вернуть, отменить, исправить. Вернуться назад, в Ферндейл, в свою привычную жизнь. Конечно, ей придется объясниться с мужем, отразить натиск его неприятных вопросов и тяжелых упреков, а еще, быть может, выдержать нападки взбешенной Грейс и угрюмого болвана Джека. Обороняться от Фредерика она могла бы, ссылаясь на свой страх перед публичными выходами в свет, на Уолкеров она тоже способна найти управу, но все это оружие действительно только до тех пор, пока она находится здесь, на материке. Пока Вирджиния тут, пуповина, связывавшая ее со всеми этими людьми, еще не отпала. Едва ступив на землю Ская, она уже перейдет невидимую грань, и все будет кончено. Свалить вину будет не на кого. Во всем виновата будет лишь она одна, и просто так повернуть все вспять будет уже невозможно.

– Нет, я еще не готова, – сказала она.

– О'кей, – отозвался Натан.

Его манера реагировать на все ее желания нравилась Вирджинии. Натан всегда чуял, когда ей не хочется давать объяснений, всегда проявлял сдержанность и соглашался с ней.

Также он умел слушать – молча, подолгу. Почти всю длинную поездку она рассказывала ему о Майкле и Томми, и Натан почти не перебивал ее. Его уместные замечания всякий раз подтверждали: он не делает вид, что слушает, а действительно ловит каждое слово ее рассказа.