Эхо вины

Ей не хотелось приглашать Бейкера в гостиную, где орал телевизор и сильно пахло смесью перегара и пота. Бетси Алби опускалась с каждым днем все ниже и ниже. Или оставалась такой же, как всегда, просто раньше Лиз не воспринимала ее падение так остро? Потеряв дочь, молодая женщина стала гораздо чувствительней.

– Я вижу, вы собираетесь в отпуск? – кивнул Бейкер в сторону ярких проспектов.

Может быть, он считает это неуместным после такой трагедии?

Лиз покачала головой:

– Нет, не в отпуск. Я хочу уехать из Англии. Насовсем. Прочь от этого кошмара. Понимаете?

Она сделала движение головой в сторону гостиной, откуда громоподобно доносились последние новости.

– Понимаю, – сказал Бейкер. – После всего, что случилось, довольно разумно начать жизнь с чистого листа.

– Я хочу найти такую местность, где мне будет хорошо. Работать я могу горничной в каком-нибудь отеле. Кроме того, у меня есть опыт работы официанткой. У меня это неплохо получается. В любом случае в Испании гораздо теплее, чем здесь. Может быть, я встречу там какого-нибудь хорошего человека…

– От всего сердца желаю вам удачи, – искренне сказал Бейкер.

Затем он прокашлялся. – Мисс Алби, я пришел, собственно, затем, чтобы… Мы располагаем новой информацией о предполагаемом убийце Рейчел Каннингэм.

И Бейкер вкратце рассказал о том, что они узнали со слов Юлии, что Рейчел заранее договорилась о встрече с мужчиной, который, скорее всего, и погубил ее.

– Девочка познакомилась с ним за несколько недель до того случая и с нетерпением ждала следующей встречи. К сожалению, она не описала его толком. Подружке она лишь сказала, что тот выглядел «классно, супер, как в кино».

– Да уж, описаньице, – хмыкнула Лиз."

"– Мы решили вот что. Если допустить, что в обоих случаях преступление совершил один и тот же человек, то, может быть, он давно охотился за вашей дочерью? У него определенный талант легко вступать в контакт с детьми и обещать им всякие прелести, так что малыши просто теряют голову. Может быть, и от вашей дочери вы слышали что-нибудь в этом роде? Какие-то обмолвки, намеки на что-нибудь подобное? Или, может быть, вы видели, как раньше к ней подходил кто-нибудь посторонний? Могло так быть?

Он смотрел на Лиз с надеждой.

«Все ясно. У них совершенно нет версий, – поняла Лиз. – Ни малейшей зацепки! Они хватаются за любую соломинку, тычутся в разные стороны, как слепые котята…»

Несколько мгновений она медлила с ответом.

– Нет, – сказала она твердо. – Никто не подходил к моей дочери. Ей было всего четыре года. Она не бегала по округе просто так, без присмотра.

– Может быть, она оставалась ненадолго одна на какой-нибудь детской площадке…

– Что вы хотите этим сказать? – рассердилась Лиз.