Эксклюзивный грех
Безобидную женщину-пенсионерку, бывшего врача, убивают в подъезде. А через два дня погибает ее подруга, которая когда-то работала вместе с ней медсестрой… Дети убитых, журналист Дима Полуянов и библиотекарь Надя Митрофанова, пытаются понять, связаны ли между собою две эти смерти. И выясняют, что совсем недавно погиб и бывший главный врач поликлиники, в которой когда-то работали обе женщины… Все нити этого странного дела ведут в Петербург. Туда и отправляются Дмитрий и Надя, тем более что в родном городе за ними по пятам идут безжалостные убийцы. И пока беглецам только чудом удавалось вырваться из их лап. Однако везение – вещь непостоянная. Поэтому нужно первыми найти людей, которые за всем этим стоят. Иначе каждый день для Дмитрия и Надежды может стать последним…
– Например, где сейчас этот Николай Ефремов?
– О, он был на нашей последней встрече, – снова воодушевилась Снегуркина (ее природное радушие оказалось куда сильнее, чем, видимо, поступившая ректорская указивка “держать язык за зубами”). – Коля – только наполовину наш однокурсник, или даже, можно сказать, всего на четверть, но он прекрасно влился в коллектив. Выступал на встрече, произносил тосты, читал стихи. Он прекрасно выглядит, женат, трое детей…
– Где он работает?
– О, он тоже большой человек! Сейчас Коля – главный инженер завода холодильных установок. Это крупный завод, даже в масштабах Петербурга. Более двух тысяч работающих.
Надя опять бросила на Диму взгляд, означавший:
""Ну, что я тебе говорила!..” Тот недовольно покачал головой, однако упрямо занес в блокнот: “Ник. Ефремов, гл. инж., Зав. Холод. Уст.”.
– А кто-то еще из ваших стал большим начальником? – мило улыбнувшись, спросила Надя.
– Немало, немало. Директор Института точной механики в Новосибирске, например; доктор физико-математических наук, профессор… Или – доктор, полковник, профессор, завкафедрой в РАУ – Ростовском артиллерийском училище… Или – начальник службы режимов в “Севзапэнерго”, кандидат технических наук… Вам нужны фамилии?..
– Нет, – сказал, как отрубил, Дима. Надя поняла: он, кажется, и устал, и расстроен. – Фамилий нам хватит. А может, вы покажете фото с вашей последней встречи однокурсников?
– Фото? – растерянно улыбнулась Снегуркина, секунду подумала и проговорила:
– Ну отчего же не показать…
Надя удивленно посмотрела на Диму: зачем им на фотографии-то время терять? Журналист ответил ей строгим взглядом: молчи, мол, я знаю, что делаю.
Снегуркина полезла в нижний ящик стола, порылась в нем, достала картонную папку. На обложке папки имелась надпись: Наш выпуск, 1981 – 2001. Женщина развязала тесемочки: “Смотрите”. Дима встал со своего места и довольно-таки нагло (на взгляд Нади) подошел к креслу Снегуркиной, наклонился над столом, едва не касаясь ее крашеных волос своей щекой. Женщина, довольная близостью молодого красавчика, промурлыкала, доставая увесистую пачку фотографий:
– Если вам интересно… – И начала пояснения:
– Это я с Линой Савушкиной… Это – с Мишей Шахновским… Это я с тем самым Шепиловым – бизнесменом, который половину нашего стола оплатил…
Дима осторожно вытащил последнюю карточку, перебросил через стол Наде:
– Вот, смотри, – тот самый Шепилов…
Надя поняла, что Дима дал ей фото не просто так – он хочет, чтоб она тоже запомнила лицо бизнесмена. Бизнесмен оказался типичнейший: в дорогом костюме, загорелый, с кучей не своих зубов и плешивинками. Шепилов самодовольно улыбался, по-хозяйски обнимая Снегуркину за плечо.

















