Эксклюзивный грех

Всем была хороша… Дело не в красоте или там в фигуре – Коновалова была и хорошенькая, и фигуристая… Но у новой пассии того парня было, в сравнении с Коноваловой, громадное преимущество: она была дочкой ректора. Ректора нашего университета. Ты представляешь, Дима, что означала в советские времена должность ректора?

– Представляю. Высокий полет.

– Вот именно… Правда, у нее, ректорской дочки, имелся и отдельный недостаток. Она была несовершеннолетней. Ей к началу семьдесят восьмого только пятнадцать стукнуло, и училась она в девятом классе, и занималась в физматшколе нашего университета. Однако юность – вещь проходящая. Очень быстро проходящая. Так рассудил наш парень. И с девочкой этой пятнадцатилетней тоже вступил в половую связь. И одновременно стал готовить почву для аккуратного разрыва с Коноваловой. Коновалова, скрытная, самолюбивая, долго не сообщала ему, что ждет ребенка… Но его охлаждение стала чувствовать. И хотела с ним объясниться. Вот таким было положение к тому дню: пятнадцатому января семьдесят восьмого года… Я понятно излагаю?

– Вполне.

– Итак, пятнадцатого января утром – а может, четырнадцатого вечером? – наша милая однокурсница Коновалова вдруг узнает: у нее есть соперница. Как узнает, понятия не имею. Может, сама увидела эту парочку. А может, кто-то ей про них шепнул… Естественно, у юной женщины, да на четвертом месяце беременности, все валится из рук. Все идет наперекосяк. Коновалова, отличница и ленинская стипендиатка, заваливает в тот день экзамен. А ближе к вечеру встречается с тем парнем в общежитии… Они сидят в рабочей комнате и разговаривают. В рабочей комнате никого нет. Все только что сдали экзамен и развлекаются… Коновалова, естественно, дико обижена и расстроена. Она говорит, что знает о связи того парня с малолеткой, ректорской дочуркой. Она спрашивает его: “Это правда?!” Тот спокойно отвечает: “Да”. Она плачет, обвиняет его в измене. Угрожает, что пойдет к ректору, заложит его. Он – только холодно плечами пожимает: пожалуйста, мол. Наконец она заявляет, что ждет от него ребенка. И поэтому он, тот парень, просто обязан на ней жениться…

– Вы-то откуда все это знаете? – перебил Дима. Недоверие к Желяеву, угасшее было, вновь всколыхнулось в нем. “Что, если он просто очки мне втирает? Врет? Сбивает со следа?""

– А весь этот разговор того парня с Коноваловой слышал Шепилов, – спокойно ответил Желяев. – Он подслушивал за дверью в рабочую комнату. Я же тебе говорил, что он тоже был влюблен в Коновалову.

– А вы-то как обо всем узнали? Да в подробностях?.."

"– Ну говорил же я тебе. Позже я все узнал, много позже. Всего-то пару недель назад. За два дня до того, как Шепилова убили. Шепилов был не из болтливых. Особенно когда дело касалось женщин.