Эксперимент

От такой все, кто более-менее в сознании, могут от страха обосраться и быстро очухаться.

– Пусть Маша идет, – спокойно произношу я, стараясь не смотреть Архангельскому в глаза.

***

Смотрю на то, как Маша собирает вещи и совершенно не испытываю грусти от того, что скоро останусь одна. Все, о чем я думаю, так это о том, что Слава не организовывал Маше никакой встречи с Мишей. Это была его уловка, чтобы она навестила отца. Хитропрошаренный жук.

А это значит, что он не бортанул меня из вредности. Получается, Слава действительно не мог договориться о пропуске в реанимацию. Кажется, я впервые за последние дни испытываю облегчение.

А потом и вовсе полоса перестает быть такой черной, когда я получаю приглашение на очередной рекламный ролик от той же компании.

Это здорово помогает мне отвлечься. Правда, строго на определенный период. Вечером у меня продолжается ломка, под названием «позвонить и сказать приезжай». Хорошо, когда эту ломку нарушают Машины звонки. Мы говорим о какой-то ерунде, но нам обеим от этого легче."

"– А ты больше не встречалась со Славой? – осторожно интересуюсь я, закидывая в рот очередную конфету.

– Нет.

– Да так, интересно, как он там поживает. Может, уже нашел себе еще одну невесту.

– Да ну, прекрати. Он ради тебя от договоренности с папой отказался. Какая невеста? Вообще, он оказался очень даже неплохим. Наоборот. Я его себе другим представляла, когда папа навязывал этот брак. И знаешь, если бы я тогда не сбежала и не встретила Мишу, наверное, в будущем приняла бы этот брак. Возможно, со временем Слава бы мне даже понравился. А может, и влюбилась бы в него, – а может, и в жопу бы пошла.

– У меня важный звонок.

Сама не понимаю, как кладу трубку.

На что я так разозлилась? На то, что в Архангельского можно в легкую влюбиться? Так это, блин, правда. Результат налицо. Еще несколько минут я пялюсь на мобильник, а затем встаю и начинаю приводить себя в порядок.

Да кому нужна эта чертова гордость? Ну приду я к нему сама «без дел» и что тут такого?

Смотрю на часы – половина десятого вечера. Не так уж и поздно для визита к своему мужику. Правда, вопрос своему ли, остается открытым. Я принимаюсь воспроизводить в голове заготовленную для охраны речь, но стоило только увидеть знакомые грозные лица, как все слова вылетают из головы.

Благо, один из хорошо знакомых дядек добродушно улыбается мне, но сумочку все-таки проверяет. Скорее для вида. Я не ожидала, что меня встретит какая-то незнакомая женщина лет шестидесяти.

– Я сейчас позову Вячеслава Викторовича, – это что новая домработница? Ну хоть не молоденькая и на том спасибо.

Снимаю с себя верхнюю одежду, обувь и понимаю, что выгляжу как дура в белых носках посреди гостиной.