Элемента.N

Глупая, ослеплённая своими чувствами белая крыса.

— Но ты гневаешься! – снова удивилась Гудрун, — Разве это не чувство? Может быть не такое сильное как ненависть, но и не безобидное.

— Я имею право гневаться! Знаешь, как раньше передавался наш дар?

— Я даже не понимаю, о каком даре ты говоришь, — призналась девушка.

— О даре пророчества. Дар, который позволяет нам видеть будущее. Будущее во всех его вариантах в каждый момент принятого или непринятого решения. Вот ты, например, узнав, что твой Алекс жив, одновременно и нестерпимо хочешь его снова увидеть, и мучительно этого боишься.

— Это так расплывчато, а можно конкретнее – чего именно это не изменит? – робко попросила Агата.

— Вот и она хотела знать всё точно, с датами, цифрами, и на сто лет вперёд. И, если я не могла ей этого ответить, значит, грош цена моим предсказаниям, и от меня нет никакой пользы."

"— Но ведь события не могут происходить по воле одного единственного человека, — предположила Агата. — Если моё решение ничего не изменит, значит, есть кто-то, кто может принять решение и изменить мою судьбу.

— Ты очень умная девушка, — поддержала её Лия. — Но мы совсем отвлеклись. Раньше наш дар передавался добровольно, но только кому-то из членов нашей семьи, иногда даже дальней родственнице, которая была к нему наиболее способна, но даже тогда он был тяжёлым испытанием. Но разозлившись, Богиня прокляла наш род. Любовь – сделала она нашим наказанием, а нелюбовь – способом передать Искру Пророчества. Некоторые из тех умников, от которых ты сегодня заперлась, назвали бы его ген, но это и близко на ген не похоже.

— Как же ты уцелела и как превратилась в Дерево? – задавала свои вопросы Агата.

— Это долгая история, но тот, кто дал мне возможность укрыться в Дереве, сказал, что в том времени, когда Дерево проснётся и оживёт, ни одной Пророчицы уже не будет. И я согласилась отдать свою душу этому растению, потому что, когда придёт день, я одна смогу им помочь. Но он ошибся, те, кто хотели ему помешать нашли способ вырастить новую Вещую, и я напрасно была заточена в этом Дереве тысячи лет. Когда она будет призвана, я умру.

— Лия, но ведь она ещё не призвана, — снова подала голос Агата.

— Боги Всемогущие! – воскликнуло Дерево в ужасе и содрогнулось. Агата подпрыгнула вместе с ним. — Боги Всемогущие!

Агата подняла голову вверх, и ей на лицо упал сорвавшийся с дерева цветок. Она посмотрела на пол и увидела, как рядом с ней упал ещё один. А потом ещё один, и ещё. Цветы осыпались, и глядя на этот непрекращающийся пурпурный дождь, Агате стало невыносимо грустно.

— Лия, они осыпаются, — упавшим голосом пошептала Агата.

— Я знаю, Гудрун, знаю, — Я не понимаю, как им это удалось, но они разбили ей сердце.