Сводные поневоле

Вот чего не любил, так это шантажа и попытки припереть меня к стенке.

— В твоих же интересах решить этот вопрос максимально тихо. И они это знают. Уверен, момент выбран не случайно.

— Все может быть. Но диктовать нам условия… Я не позволю.

— Это правильно. Но в ситуации надо сначала все же разобраться. Так что смело езжай в офис — Мирон сказал, он подвязал каких-то своих клиентов к тебе?

— Да, было дело.

— Вот и отлично. А я займусь этим, — дядя кивнул на документы. — Завтра созвонимся.

Мы попрощались, и я направился обратно в столовую.

Судя по лицам тети Авроры и Евы, я зашел не вовремя.

— Ева, мне нужно уехать. Я пришлю за тобой водителя, если ты хочешь остаться.

— Нет, я поеду с тобой! — тут же ответила та. И надо сказать, это приятно порадовало. Эти дни я старался держаться от нее на расстоянии. Это давалось невероятно трудно. Ведь я понимал — шел обратный отсчет до ее отлета. Поэтому каждая минута, проведенная рядом, была для меня как подарок.

— Ладно, — легко согласился я. — До встречи, тетя, — попрощался я с Авророй, поцеловав ту в щеку.

— Увидимся, детки, — подмигнула та нам обоим и пошла провожать.

Какое-то время мы ехали молча, но это совершенно не напрягало. То и дело я ловил на себе задумчивые взгляды Евы и гадал, о чем та размышляла. После сегодняшних новостей было о чем подумать. В том числе и о словах дяди. Отчасти он был прав. Хотя бы потому, что это не только мое наследство, но и Евы тоже. Ее материальное обеспечение зависит от того, как хорошо я буду вести дела. Так что я не имел права забивать болт и наплевательски относиться к делам в компании.

Впрочем, вопрос о том, чтобы не нанести урон репутации, вставал бы только в одном случае — если бы Ева осталась. Но она, кажется, твердо решила улететь.

Увы.

Нужно было смириться и принять, что проиграл. Что сломал все своей несдержанностью и тем, что натворил раньше.

— А почему Катя уехала? — неожиданно спросила она, вырывая меня из тягостных мыслей.

— Мы расстались, — ответил, борясь с желанием повернуться, чтобы увидеть реакцию.

— Почему?

Я промолчал. Что было на это ответить? Что понадеялся, что теперь-то уж смогу быть счастливым? Что обрадовался тому письму, словно выиграл лучший приз в своей жизни? Да и, откровенно говоря, я не жалел. Так было правильно. Мне даже в чем-то повезло — ведь мой самообман рано или поздно догнал бы меня. А так… Так у Кати есть возможность найти подходящего ей человека, а я… Я буду учиться жить один на один со своими чувствами.

— Ты любил ее? — не отставала Ева.

— Нет.

— Нет? Но зачем тогда собрался жениться?

Ох уж этот рыжик! Она явно решила сегодня довести меня до грани. Да только я не посмел бы ее перейти.