Элиза и ее монстры

Когда инструктор попытался научить нас просто лежать на спине – тому, что у всех получалось само собой, – я наглоталась через нос воды и стала беспорядочно махать руками. Мне сказали, что я могу прекратить заниматься. Но я продолжала пытаться.

В последний день занятий один из мальчиков подначил меня нырнуть до дна бассейна в самом глубоком его месте. Я сделала это. Вернее, попыталась. Пальцы коснулись дна, и я устремилась вверх, осознавая, что воздух в легких кончается. На расстоянии трех четвертей до поверхности воды из-за кислородного голодания у меня пропало зрение, и мои руки и ноги только и могли, что опять-таки колотить по воде. Когда я наконец вынырнула, облегчение от того, что я могу вздохнуть, было подпорчено тем, что сделала я это слишком резко и холодный воздух обжег мне легкие. В голове гудело.

Пробуждение после столовой похоже на выныривание с глубины. Пульсирующая боль, холодный воздух. Я понимаю, что лежу в узкой больничной палате. Мои глаза крепко зажмуриваются от яркого света, льющегося с потолка.

– Анни, приглуши свет. – Свет становится тусклым.

– Эй, Эггз. Ты меня слышишь?

Снова открываю глаза. Рядом с кроватью сидит папа. Мама идет к нему от стены с выключателем на противоположной стороне комнаты. Пытаюсь сглотнуть, но мой рот словно наждачная бумага.

– Да.

Они оба улыбаются. Мама проводит рукой по лицу.

– Что случилось? – спрашиваю я.

– Ты споткнулась в школьной столовой и ударилась головой о стол. – Папа протягивает руку к моему лбу. Мне нет нужды трогать его, чтобы понять, что на нем повязка. – Так много крови… Как ты себя чувствуешь?

– Голова болит, – отвечаю я. – Очень сильно.

– С тобой все было хорошо, когда ты выходила из дома утром? – спрашивает мама. – Ты позавтракала?

Я ничего не отвечаю, потому что наконец вспоминаю причину, по которой потеряла сознание, и те руки снова сжимаются вокруг меня. Это страшно. У меня перехватывает дыхание.

Они рассказали всем о ЛедиСозвездие. Теперь обо мне знает вся школа. Знает весь город.

Знает Уоллис.

– Как долго это продолжалось? – спрашиваю я.

– Сколько прошло времени с того, как ты упала в столовой? – Папа смотрит на часы. – Наверное, полтора часа. Они не захотели рисковать, вызвали «Скорую», и она привезла тебя сюда. Вот-вот придет доктор проверить, как ты.

– Вы рассказали им. Вы написали об этом в газету. – Мои глаза затуманивают слезы. Комната вращается, но я по-прежнему лежу на кровати.

– Рассказали им… ты имеешь в виду заметку, посвященную выпуску? – Мама моргает и переводит взгляд на папу. – Это всего-навсего «Звезда», Элиза, ее никто не читает. Мы не думали, что если упомянем веб-комикс, то это будет иметь хоть какое-то значение. И ты так его любишь – и мы действительно гордимся тобой.