Эпоха мертвых. Москва

В крайнем случае, мы установим связь с Садовым, и если Владимир Сергеевич там, то вы сможете общаться, а увидитесь вы позже, когда прояснится обстановка. Достаточно того, что вы будете знать, что все живы и здоровы, по нынешним временам – предел мечтаний. А ехать с гражданскими вот так, без разведки, в неизвестность, на бандитскую территорию… Нет, это хуже чем самоубийство. Это массовое самоубийство, причем в извращенной форме.

Я начал врать вдохновенно. Нечего им делать в «Шешнашке», просто им это неизвестно. Пусть они думают, что Дегтярев в Кош-Агаше. Кош-Агаш теперь вроде Марса, или еще дальше.

О нем можно будет рассказывать любые басни. Что там живет не только профессор Дегтярев, но и Дед Мороз. Все равно не проверишь.

– Сережа, а как же вы сами рассчитываете проехать?

– Без фанатизма, Алина Александровна. Вы забыли, что я человек подготовленный? Я и ползком умею, и по всякому. И не я один. А вы – нет. Вы понятия не имеете, что нужно делать в такой ситуации. И будете для нас, чего уж греха таить, вроде кирпича на шее при плавании. Даже мешка с кирпичами.

– Но при этом вы твердо намерены добраться до Горького?

– Да.

Я хочу передать материалы и образцы. Это все, что я могу сделать для этого мира. Может быть, это его спасет.

– А что делать нам? – неожиданно спросила Аня.

– Ждать в ГУЦе. – немного удивился вопросу я. – Там самое безопасное место. У вас останется оружие, один УАЗ с прицепом к нему, экипировка, масса имущества. Сиротками себя чувствовать не будете. А в будущем, если мы не вернемся, перебирайтесь в город, в промзону. Там будет лучше всего, как я подозреваю. Будущая столица России там будет, поверьте мне на слово. И ближе к «Шешнашке» больших городов не будет.

– Бандиты им не грозят? – спросила уже Ксения, хлюпая носом.

– Нет, разумеется. Силы не сопоставимы. Я же серьезно, Нижний лет через пять станет самым богатым городом.

– Почему?

– Я вам рассказывал. Он связан водой со всей страной, там потрясающее производство и он очень выгодно расположен. Именно там удобно менять хлеб на машины, машины на хлеб и так далее. Вспомни нижегородскую ярмарку. Самый удобный товарный транзит.

Я дошел обратно к грузовику, где был остановлен Татьяной.

– Как? – спросила она, кивнув в сторону Дегтяревых.

– Они останутся в Гороховце. Даже, если придется оставить их насильно.

– Ну и правильно. – кивнула она.

Как мне казалось, она меня немного ревнует к Ане. Которая действительно оказывала мне знаки внимания. Оказываю ли я встречные знаки, в данной ситуации Татьяну интересовало мало. Она снова спросила:

– Когда можем уезжать?

– Думаю, что можем уже завтра, но надо с Васькой вопрос дорешать, Трофимыч то в отъезде.

– Ага, уехал. – кивнула она. – Погрузился в «Ниву» с двумя бойцами, и укатил с утра пораньше.