Эпоха мертвых. Москва

Пришлось его вразумить снова, и он ускорился.

– Тань, это мы, не стреляйте. И давайте к машинам. – заранее сообщил в эфир я.

– Понятно."

"Я заметил, что пленный с некоторым удивлением посмотрел на двух вооруженных до зубов девиц, но долго удивляться ему не дали. Васька на пинках загнал его на заднее сиденье «уазика», привязал его руки за задней спинкой сиденья, к металлической поперечине, установленной там для укрепления кузова, натянул на голову заранее припасенный тряпочный мешок от ботинок «Коркоран». Теперь не рыпнется. Прибежали Сергеич и Леха, и пленный окончательно, судя по выражению лица, потерял надежду вырваться.

Машины завелись и поехали через кустарник в сторону просеки.

Сергей Крамцов, партизанский командир.

2 мая, среда, вечер.

– Э, штаны поставь на место, а?

Пленного привязали к опорному столбу крыльца, связав руки за спиной. В процессе привязывания расстегнутые штаны свалились вниз. Ботинки с него тоже стащили и забросили в кусты подальше, чтобы не воняли тут. Зачем? А затем, что человек без обуви мало способен к побегу. Равно как и в брюках без пуговиц, которые мы у него отрезали и тоже разбросали по окрестностям.

– Поставим, поставим, не ссы. – сказал Васька и морщась, подтянул бандиту штаны. Тот с облегчением плюхнулся на них задницей. Присутствие вокруг особ женского пола смущало его окончательно.

– Так, орел комнатный, начинаем беседу. – сказал я. – Представься для начала, кто такой и откуда.

– Мага, из Махачкалы. – уже с готовностью представился он.

– Хорошо Мага. – сказал я, глядя ему в глаза. – Первый шаг к нашей будущей дружбе ты уже сделал. Теперь ты будешь нам рассказывать обо всем, о чем знаешь, правдиво отвечать на вопросы, и стараться помочь.

За это я обещаю не отрезать тебе пальцы, не ломать кости в ступнях, и не жечь ноги на костре. Если ты нам помогать не станешь, то я начну с костей. Мы не менты, не вертухаи, мы даже не военные, так что для нас законов и правил нет.

Я вытащил из разгрузки дубинку, которую Васька мне вернул, и со свистящим щелчком разложил ее. А я ее даже в руки пока не брал, с тех пор, как снял ее с пояса убитого в первый раз Олега Володько. От этого звука Мага слегка вздрогнул. Я знал, что так и будет. Особенность кавказских людей такова, что зачастую смелые до отчаянности в кругу своих, оказавшись в одиночестве, вне стаи, когда никто их не видит, они теряются.

И именно в этом случае их легко «исповедать» на любую тему. А вот если их будет двое, то «исповедь» пойдет сложнее, они начнут задумываться о том, что они подумают друг о друге.

– Слушай, что я могу знать, а? – запустил пробный шар ухода в отказ Мага. – Мое дело маленькое, где поставили, там и стоял.

Такие мысли надо пресекать в корне и я с маху ударил его головкой дубинки по голени, хоть и не изо всех сил.