Эркюль Пуаро

"

"Мосье Пуаро, сияя улыбкой, с изысканной вежливостью поклонился онемевшим от неожиданности членам военного совета.

– Будет ли мне позволено, – с лукавой искоркой в глазах начал он, – принять участие в этом совещании? У вас ведь тут совещание, я не ошибся?

– Дорогой друг, мы рады вас видеть, – сказал сэр Чарльз.

Он первым оправился от удивления и, с чувством пожимая гостю руку, подталкивал его к большому креслу.

– Чему обязаны вашим столь неожиданным и приятным появлением?

– Я был в Лондоне и пошел навестить моего доброго друга мистера Саттертвейта. Мне сказали, что он отбыл в Корнуолл.

Тут и слепому ясно, куда именно он отбыл. Сажусь в первый же поезд на Лумаут, и вот я здесь.

– Понятно, – сказала Эгг. – Но какова же цель вашего визита? Думаю, – продолжала она, слегка покраснев от смущения, ибо понимала, что ее вопрос звучит несколько невежливо, – вы ведь приехали не просто так?

– Я здесь, чтобы признать свою ошибку, – отвечал Эркюль Пуаро.

Подкупающе улыбаясь и воздевая руки с чисто французской пылкостью, он обратился к сэру Чарльзу:

– Мосье, недавно вот на этом самом месте вы сказали, что не удовлетворены следствием по делу мистера Баббингтона.

Ну, конечно, подумал я тогда, ведь он великий актер, и ему подавай драму. Признаюсь, я не верил, что безобидный старый джентльмен умер не своей смертью. Да и теперь я не понимаю, как его отравили и каковы мотивы этого убийства. Нелепость! Бессмыслица! И вот еще одна смерть, при очень схожих обстоятельствах. Тут уж не приходится говорить о совпадении. Тут надо искать связь. Итак, сэр Чарльз, я здесь, чтобы принести вам свои извинения. Я, Эркюль Пуаро, признаю свою ошибку и прошу позволить мне присоединиться к вашей компании.

Сэр Чарльз нервно покашлял. Казалось, он немного смущен.

– Чрезвычайно любезно с вашей стороны, мосье Пуаро. Право, не знаю. Неловко отнимать ваше время. Я...

Он растерянно умолк, не находя слов, и обратил вопросительный взгляд к мистеру Саттертвейту.

– Как это великодушно, что вы... – начал мистер Саттертвейт.

– Нет-нет, это не великодушие. Это любопытство и уязвленное самолюбие. Я должен исправить свою ошибку. А мое время... На что мне оно? Путешествовать? Познавать мир? Да ведь люди везде одинаковы, хоть и говорят на разных языках.

Конечно, если я лишний... Не подумайте, что я навязываюсь.

– Разумеется, нет!

– Как можно! – в один голос вскричали оба джентльмена.

Пуаро перевел взгляд на девушку.

– А что скажет мадемуазель?

Эгг замялась, и всем троим пришла в голову одна и та же мысль. Эгг не хочет, чтобы Пуаро им помогал...

Мистер Саттертвейт думал, что он знает почему. Это расследование не более чем хитрый маневр, к которому прибегли сэр Чарльз и Эгг Литтон Гор.