Эркюль Пуаро

– Вы выходили из поезда вчера вечером?

– Мы с Арбетнотом решили было выйти размяться в этих, ну как их... Виньковцах. Но стоял собачий холод – начиналась метель. И мы вернулись в вагон.

– Через какую дверь вы выходили из поезда?

– Через ближайшую к моему купе.

– Ту, что рядом с вагоном-рестораном?

– Да.

– Вы не помните, засов был задвинут?

МакКвин задумался.

– Дайте вспомнить. Пожалуй, что да. Во всяком случае, сквозь ручку был продет какой-то прут. Вас это интересует?

– Да. Когда вы вернулись в вагон, вы задвинули прут обратно?

– Да нет... Кажется, нет. Я входил последним. Не помню точно. А это важно? – вдруг спросил он.

– Может оказаться важным. Так вот, мосье, насколько я понимаю, пока вы с полковником Арбетнотом сидели в вашем купе, дверь в коридор была открыта?

Гектор МакКвин кивнул.

– Скажите, пожалуйста, если, конечно, вы это помните, не проходил ли кто-нибудь по коридору после того, как мы отъехали от Виньковцов, но до того, как полковник ушел к себе?

МакКвин наморщил лоб:

– Один раз, кажется, прошел проводник – он шел от вагона-ресторана. И потом прошла женщина, но она шла к ресторану.

– Что за женщина?

– Не знаю. Я ее толком не разглядел. У нас как раз вышел спор с Арбетнотом. Помню только, что за дверью промелькнули какие-то алые шелка. Я не присматривался, да и потом, я бы все равно не разглядел ее лица: я сидел лицом к ресторану, так что я мог видеть только ее спину, и то, когда она прошла мимо двери.

Пуаро кивнул.

– Насколько я понимаю, она направлялась в туалет?

– Наверное.

– Вы видели, как она возвращалась?

– Кстати говоря, нет. Теперь я вспоминаю, что действительно не видел, как она возвращалась. Наверное, я просто ее не заметил.

– Еще один вопрос. Вы курите трубку, мистер МакКвин?

– Нет, сэр.

Пуаро с минуту помолчал.

– Ну что ж, пока все. А теперь я хотел бы поговорить со слугой мистера Рэтчетта. Кстати, вы с ним всегда путешествовали вторым классом?

– Он всегда. Я же обычно ехал в первом и по возможности в смежном с мистером Рэтчеттом купе: он держал почти весь багаж в моем купе, и вдобавок и я и багаж были поблизости. Однако на этот раз все купе первого класса, за исключением того, которое он занимал, были раскуплены.

– Понимаю. Благодарю вас, мистер МакКвин.

Глава 3

ПОКАЗАНИЯ СЛУГИ

Американца сменил англичанин с непроницаемым землистого цвета лицом, которого Пуаро заприметил еще накануне. Он, как и положено слуге, остановился в дверях. Пуаро жестом предложил ему сесть.

– Вы, насколько я понимаю, слуга мистера Рэтчетта?

– Да, сэр.

– Как вас зовут?

– Эдвард Генри Мастерман.

– Сколько вам лет?

– Тридцать девять.

– Где вы живете?

– Клеркенвелл, Фрайар-стрит, 21.

– Вы слышали, что ваш хозяин убит?

– Да, сэр.