«Если», 2009 № 04

Близнецы Боббси{13} ходят на гонки.

И… я сидел, жевал жареную говядину с пюре.

И… я понял, что тип в «хоуке» солгал; может, Джесси его брат-близнец?

И… до меня наконец дошло, в каком случайном, в каком рисковом мире мы живем, потому что, даже о том не помышляя, даже не зная, что это происходит, я встретился с Псом Дороги.

Это была ночь снов. Сны не оставляли меня в покое. Пляшущий призрак пытался сказать, что Джесси — один из тройняшек. Призраки среди крестов умоляли подбросить их в никуда, прокатить по длинному туннелю ночи, который вел мимо волшебных стран, но никогда туда не сворачивал.

Мне вспомнилось все: сумасшедшее лето, гонка, гонка, гонка под вой моторов. Пес Дороги чуть гнусавил голосом Джесси, а потом вдруг говорил совершенно ясно. Девушка из универмага протягивала мне нежную руку, затем отдергивала. Мне снились сотни придорожных клозетов, баров, кафе, старомодных заправок с ремонтными ямами. Мне снились ледяной ветер и темные-темные дни и ночи долгой зимы, когда ежишься у себя в комнате, потому что слишком тяжело закутываться и выходить.

Я проснулся на заре и спешно залил в себя кофе в кафетерии при пекарне, которая была открыта, так как надо было печь утренние пончики.

Я сосчитал деньги и рассчитал мили.

Садясь в «де сото», я подумал, что так и не дал машине имя. Дорога разворачивалась на запад. Она закончилась в Сиэтле, где я продал свою тачку. Все говорили, что будет война, а мне все равно нечем было заняться. Я пошел во флот.

III.Хороня машины и гоняя по дорогам, Джесси тем летом мне не писал. Но зимой он уж точно был добр. Он кропал длинные послания неуклюжими печатными буквами. Он пытался меня развеселить, и Мэтт Саймонс тоже старался.

Меня определили в лагерь для новобранцев и на курсы механиков, а потом на верфи в Сан-Диего. Я работал там три с половиной года, иногда на кораблях, если они никуда не собирались. Кругом была солнечная земля и улыбающиеся девушки, но, как правило, они влюблялись к десяти вечера и приходили в себя с рассветом. Женщины в барах были моложе и красивее, чем дома. Заразы хватало на всех.

«Бизнес растет, как дурман вонючий, — писал Джесси под Рождество шестьдесят второго. — Этим летом я похоронил четырнадцать машин, одна была фрицевская».

Он целую страницу занял изложением своих принципов. Неправильно закапывать дрянную тачку рядом со стоящими машинами. Но иначе плохо для бизнеса. Он расчистил отдельный участок и делал вид, что это кладбище исключительно для иностранного железа.

«А Майк Тарбуш запил, — сообщал он. — Печальная весть: мы похоронили Джудит».

С «мерком» у Майка никаких забот не возникало. Джудит вела себя, как истинная леди, пока Майк не перевернулся. Однажды ночью он чересчур резко сдал и въехал задом в растяжку вышки электропередач.