«Если», 2009 № 04

 — Вот распутаюсь… Курляндская Ая в этом месте неширока — и сотни саженей бы не набралось. Удачное место для установки подводных рогаток на цепях. Слыхал я как-то, что в старину порты огромными цепями загораживали, чтобы вражеские суда не прошли. Было это, сказывали, и на Двине, когда покойный государь Петр велел Ригу взять, тогда светлейший князь Меншиков таким способом шведские корабли к Риге не подпустил. Цепи, надо полагать, были длинны и прочны — неудивительно, что нечистая сила в них запуталась. Теперь оставалось молиться, чтобы боевой задор ее приутих или же чтобы она убралась с цепным грузом туда, где ей помогут соплеменники.

Впрочем, существовал и третий выход.

— Любезный черт, теперь ты видишь, что не стоит связываться с теми, кто защищает Отечество свое, — обратился я к подводному страдальцу. — Знаю, что обращать тебя в веру христианскую бессмысленно, однако заметь — ты, желая нам сильно навредить, приносишь огромную пользу экспедиции нашей. Если бы ты, таща на себе лодку, не влетел с размаху в цепные рогатки, эта беда выпала бы на нашу долю. И мы потратили бы на нее куда более времени, чем ты, с твоей силой и ловкостью! Вот и задумайся…

Он и впрямь задумался.

Размышляющий черт — зрелище, доложу я вам, любопытное. Чешуйчатый мой приятель, предавшись раздумьям, морщил и лоб, и нос, закатывал глазищи, вздыбливал соминые усы и прочие штуки проделывал, любо-дорого посмотреть. Те из экипажа «Бешеного корыта», кто наблюдал это зрелище, только ежились с перепугу. В темноте-то черта видели немногие — а сейчас его можно было разглядеть подробно.

Мешать ему я не стал. Может статься, этот подводный житель впервые за свою долгую жизнь пытался сопоставить причины со следствиями, кто его разберет.

Наконец он заговорил.

— А коли я вновь цепи с рогатками натяну? — спросил он.

— Стало быть, и это каким-то образом нам на пользу пойдет.

Я был уверен, что, выпутываясь из цепей с рогатками, он напрочь сгубил все это устройство. Ведь оно не так просто, как может показаться человеку несведущему. Придется только внимательно наблюдать за чешуйчатым вредителем — ну да это я предоставлю Бахтину с Никольским.

— А коли поплыву вперед да врага вашего предупрежу?

— Тоже беда невелика.

Враг будет ждать нападения с реки и стянет туда все силы свои, а тем временем товарищи наши, что движутся к Митаве сушею, беспрепятственно возьмут город.

Черт почесал в затылке. По всему выходило, что напрасно он со мной связался.

— Да не мучайся ты, брат, — сочувственно сказал я ему. — Иначе и быть не могло. Коли кто защищает Отечество свое — с тем и черту не совладать.

— Отечество? — переспросил он. — Да что ж это такое? Ты все толкуешь — Отечество, Отечество, а с чем его едят?

Я только руками развел.