Фальшивая Венера
Художник Чаз Уилмот виртуозно владеет техникой старых мастеров, но его талант никому не нужен в современном мире рекламы и глянцевых обложек. Приняв участие в эксперименте по изучению воздействия некоего препарата на творческий процесс, он неожиданно обнаруживает, что может заново переживать некоторые события из своего прошлого — не вспоминать их, а как бы существовать в том времени. В какой-то момент он внезапно переносится в давно ушедшую эпоху и становится Диего Веласкесом, великим художником, которого Уилмот всегда боготворил. И в этой роли он пишет картины в стиле Веласкеса. Однако, «вернувшись» в свое время, он обнаруживает, что вся его жизнь кардинально переменилась. Он живет в роскошной квартире с великолепной студией, картины с его подписью (картины, которых он не писал!) вывешены в модной художественной галерее. Что это, чей-то злой заговор с целью окончательно выбить у него почву из-под ног? Или он просто сходит с ума? Явь и фантазии настолько тесно переплетаются в сознании Уилмота, что он уже не понимает, в какой реальности существует…
* * *Выпивки было много, мы просидели в ресторане до самого закрытия и усадили Жаки в такси, после того как он по-галльски тепло нас обнял, и не раз, и облобызал. Потом Марк вызвал еще одно такси для себя и сказал, что пришлет ко мне кого-нибудь за картиной где-то через неделю, когда краски высохнут и ее можно будет перевозить. Я вернулся домой, и как только вошел в студию, снял холст с мольберта и поставил его лицом к стене. Я начинал уже побаиваться всего этого.
На следующий день меня, крепко спавшего сном горького пьяницы, разбудил громкий стук в дверь, и это оказался Боско, он хотел кое-что мне показать, свое последнее творение.
Мастурбирующие девушки исчезли из его студии (по словам Боско, их купил какой-то состоятельный извращенец из Майами), а на смену им пришел огромный ящик из плексигласа размером где-то десять на десять на двадцать футов.
Должен сказать, грандиозное зрелище. Видеоизображения Буша и Джулиани проецировались на лица кукол, одетых в клоунские наряды, а фоном были кадры с самолетами, врезающимися в башни-близнецы. Боско сделал пневматические модели башен, которые взлетали вверх и рушились в судорожных конвульсиях. У основания одной из башен он устроил маленькую дорожку, по которой крохотные фигурки, изображающие ортодоксальных иудеев, выбегали из здания перед тем, как оно обрушивалось, и скрывались в миниатюрном входе в метро.
















