\

Камеры показывали одновременно и клочок неба, озаряемого всполохами выстрелов, и разбитый асфальт, по которому упрямо двигался мертвый гвардеец.

Это пулеметная очередь перебила, разорвала мертвое тело на части, напополам…

Совмещенная картинка была ужасного качества, и вскоре небо исчезло. Осталась асфальтированная улица. В каком-то искаженном ракурсе. Наверное, так видит мир среднего роста овчарка.

Это оператор отключил бесполезные верхние камеры, что неподвижно пятились в небо…

Теперь работала лишь одна — нижняя, коленная, камера ходячего покойника.

Но — ох, и крепкие же ребята летают на Периметровской «вертушке»! Таким нервам можно было только позавидовать. Пилоты не запаниковали при виде шаркающей к Периметру половинки человека. А если и запаниковали, то не подали виду.

Разворот, заход на очередную атаку. Правда, в этот раз «Москит» жахнул из автоматического гранатомета. «Кистенем» жахнул.

Первый разрыв еще можно было увидеть и услышать. Потом, видимо, микрофон задело осколком. Хрип, треск…"

"Поврежденная аппаратура отказывалась передавать звук. Будто невидимая рука вырубила аудиосигнал.

В воцарившей тишине коленную камеру отшвырнуло назад. На миг объектив выхватил силуэт вертолета, все еще изрыгающего пламя.

Потом изображение пропало.

«Живучесть «рабочего материал» в экстремальных боевых условиях составляет…», — начинал комментарий к видеоотчету оператор разорванного в клочья зомби.

* * *— Продолжим? Или достаточно того, что у Кожина и без нас имеются спецы по управлению жмурами? Может, не столь перспективные, но вполне способные выполнять поставленные боевые задачи.

Славкин голос звучал жестко, но где-то в глубине его безумных глаз бултыхалась тоска и безысходная жалость.

Именно! Теперь не они — он их жалел. Потому что понимал: принять правду, порой, сложнее, чем найти ее.

— Валяй, — вздохнул Денис, — Продолжай. Раз уж пошла такая шокотерапия, чего останавливаться-то на полпути?

Юла только кивнула — молча, с видимым усилием. Не хотела, ох, не хотела Юлечка утвердительно опускать свой упрямый подбородочек. Куда проще было сейчас замотать головой, заорать «Нет!». Славке, впрочем, это уже по барабану. Славка продолжал.

Экскурсию…

— Файлы с записями убийств операторов. Пр-р-рошу!

Четыре значка видеовложений на экране: «Л-1», «Л-2», «Л-3», «Л-4». Таинство манипуляций Славкиных пальцев над клавиатурой.

«Факир, мать твою…», — зло подумал Денис. И — вздрогнул от страшной догадки. Какая запись?! Откуда?! Орги ведь не ведут видеохронику своих вылазок! Значит, не орги? Значит, операторов наружки мочили не они?

— «Л-1» — это гибель Игорька, «Л-2» — Влад, «Л-3» — твой, Юля, Двоечник, — продолжал Славка.