\

При этом он был не громким, и, казалось, что собака сдерживает его, чтобы не поднимать шум.

Тут я понял, что это мой единственный шанс спастись. Со стрелой в плече я далеко не уйду, а если здесь обитают русалки, то быть съеденным, мне не хотелось от слова совсем. При этом знания, всплывшие в моей голове, подтверждали сказанное незнакомцем.

— По…ги. е, — прошипел я, пытаясь привлечь к себе внимание.

— По…мо… — попытался я произнести второй раз и потерял сознание.

Глава 3. Радомир.

После того, как я пытался позвать на помощь, моё состояние только ухудшилось. Жар из плеча разошёлся по всему телу, и в сознание я приходил урывками. То я очнулся лежащим на дне деревянной лодки, а вокруг плескалась вода, и слышался скрип уключин, то меня куда-то тащили волоком, ударяя при этом головой о различные предметы, то пытались влить мне в рот ужасную жидкость, противно воняющую и выворачивающую на изнанку.

Затем моя жизнь превратилась в череду подобных пробуждений, чередуемых беспокойным сном и видением картинок из обоих миров. Иногда мой организм не выдерживал, и, когда в него вливали противную жижу, он изрыгал её обратно. Но в один из бесконечной череды дней внезапно я проснулся самостоятельно и именно проснулся, а не очнулся. Во всём теле чувствовалась неимоверная слабость, дышать приходилось с трудом, но главное, что я был в сознании и мог нормально соображать. Лежал я в каком-то старом доме, стёсанным из огромных брёвен, которые было не обхватить руками. Огромные стволы громоздились одно над другим, создавая стены, а так как дом был не очень большим, то создавалось ощущение очень маленького помещения, хотя оно было размером метров десять в ширину и метров двенадцать в длину. В центре висела огромная металлическая воронка, а под ней горел огонь. Пол в доме был земляным, а окна располагались под углом и представляли из себя круглые, аккуратные дырки, застеклённые чем-то мутным, возможно, слюдой. Простая обстановка, рубленый стол, ещё одна кровать, на которой спал какой-то древний старик, с длинной бородой, полностью седой. На стенах висели силки, лук странной формы, непонятный арбалет с какой-то объёмной коробкой снизу. При входе стояло два копья, два щита и три меча разной длины. Стояли они каждый в своей ячейке и выглядели надраенными до блеска. Становилось сразу понятно, что человек, живший в этом доме, очень ответственно относится к своему делу и, скорее всего, бывший военный. Помимо прочего, под потолком висят многочисленные пучки трав, на одной стене стоят многочисленные баночки и колбы в грубо срубленном стеллаже, таком же массивном, как и сам дом. Рядом со мной стояла табуретка, а на ней кувшин и кружка, сделанная из глины, очень грубая, с неровными краями.