\

Так мы и застыли в немой картине ступора. Я, почти поднявшийся с дивана, и Вика, что хлопала ресницами, глядя на меня.

— Кхм. Доброе утро, — хрипло произнёс я, ощущая, как дерёт горло.

— Д-доброе, — на короткую секунду смутилась Виктория, но в следующий миг затараторила: — Вы попали в беду! И я нашла вас в парке! По новостям показывали, что вас ищут! Я-я… Простите, что привела вас сюда! Но мне больше некуда было вас отнести! Вы были ранены, а ещё…

— Стоп, — поднял я руку, останавливая её эмоциональный поток. — Я понял.

Захлопнув послушно рот, Вика поправилась в кресле и молча наблюдала, как я с кряхтением поднялся с дивана и пошёл в сторону кухни, что находилась в углу.

Обычное явление. Однокомнатная квартира-студия, где всё под рукой.

Подойдя к раковине, сдвинул маску в сторону и жадно припал к холодной воде из-под крана. Жажда выворачивала разум наизнанку. Как же хочется крови. Отлипнув от крана, вытер губы и, не оборачиваясь, спросил:

— Шоколад, сахар, кола. Есть что-нибудь?

— Д-да, конечно! — донеслись до меня скорые шаги Вики и скрип дверцы кухонного гарнитура. — Вот, только вчера купила.

Вырвав из её рук протянутую шоколадку: «Нью-Голд» с орешками, хмыкнул. Не любит шоколад, значит? Помнится, так она говорила в поезде. Врушка. Слегка подрагивающими пальцами раскрыл упаковку и откусил плитку. Кайф. Одним махом расправившись с угощением, снова припал к крану.

— Ещё есть? — обернулся я, бросив на блондинку мимолётный взгляд, от чего та вздрогнула и принялась потрошить свою заначку."

"Печенья разных видов, конфеты, пастила, зефир и прочие сладости. Всё это отправилось в мой бездонный желудок, сгорая моментально и придавая сил.

По-хорошему мне бы крови глотнуть… Но ампулу я потратил во время боя, а Вику съедать, как-то, не охота. По самым очевидным причинам. Поэтому оставался только старый проверенный способ, который помогал мне все года проживания в этом мире.

— Не думала, что вы такой любитель сладкого, — пробормотала Виктория, наблюдая, как я закидываю в рот очередную печенюху.

— Забегался вчера, вот и проголодался, — вытер я губы и достал из кармана идентификатор, разблокировав дисплей. Одиннадцать утра… Долго же я валялся.

— Как вы себя чувствуете, Призрак? — с беспокойством в голосе спросила Вика.

— Как конь, которого выкрали со свадьбы цыган.

— А это как? — недоумевала блондинка.

Не отвечая на вопрос, я сделал ещё один глоток воды, съел клубничную зефирку и пошёл в коридор, на выход из квартиры, бросив напоследок:

— Спасибо за помощь.

— Стойте, Призрак! Подождите! — окликнула меня Виктория.

— Чего? — обернулся я, ощущая, как раны и повреждения медленно затягиваются. Такими темпами мне ещё дня два ходить кряхтеть, если не найду кровь.