\

— Я хочу сказать, что из бреши в дуэльном кодексе и своде правил в академии, подобный бой имел место быть вполне обоснованно. Грубо говоря, благодаря кодексу и его условностям, территория за школьной столовой временно перестала являться территорией академии и стала ристалищем.

Барбара молчала добрые секунд пятнадцать, смотря мне в глаза и стуча ногтем указательного пальца по столу. Её взгляд горел озорством и желанием сделать меня виноватым во всём. Давай, старуха, твой ход. Я жду.

— По твоим словам, Райан, выходит, что никто из вас не виноват, ведь вы следовали установленному кодексу, — заговорил старуха.

— Вот только сам Диего признал свою вину и ничего не сказал про неформальную дуэль. Ранее у нас с ним состоялся разговор, где он во всём сознался и подтвердил, — улыбнулась она с ухмылкой. — подчеркну: подтвердил, что это была обычная драка.

Чёртов идиот. И где вас только таких рожают? Диего, вообще что ли, не читал дуэльный кодекс? Да его каждый аристократ должен на зубок знать!

— Зашоренность взгляда, — пожал я плечами. — Не знаю: как проходит обучение в роду Де’Сантос, но мой отец — Брэдли Купер, вбивал в меня подобную науку ещё с рождения.

Вру конечно, но куда деваться? Брэдли к моему воспитанию приложил разве что дулю и ничего более.

— Брэдли — прекрасный мужчина, — улыбнулась Барбара. — Не сомневаюсь, что он вложил в тебя всё самое лучшее, чем должен обладать настоящий аристократ.

Ага, хорошо, что он не вложил в меня, как надо просирать деньги. А иначе дела были бы вообще швах.

— Это точно, — криво улыбнулся я.

— Что ж, — поставила Барбара чашку на стол. — Я услышала твою позицию, Райан. И должна признать, я рада, что в академии учатся студенты, способные защитить себя.

Даже тогда, когда ситуация полностью против.

Эдвард, казалось бы, уже вообще не слушал. Пухляш пребывал где-то в нирване, как и Лео, что тупо пялился в стену. Мне же приходилось в одиночку отбиваться от этой дрянной старухи.

— Но наказание должно быть, — вновь стала директор постукивать ногтем по столу. — Эдвард и Леонард нарушили правила, а ты смог найти в них брешь. Однако, вы — друзья, — улыбнулась она. — А значит, будет целесообразно, если все вместе отработаете провинность. Да, — подняла Барбара руку, когда мой рот уже открылся.

— Я услышала всё, что ты сказал. Но иного пути нет, Райан.

Дрянная старушенция. Раз меня наказать не можешь, то решила пойти таким способом?

— Какая провинность? — сухо осведомился я, понимая, что спорить тут бессмысленно.

— Через неделю в академии должен состоятся спектакль, — ухмыльнулась победно Барбара. — На него прибудут многие важные гости не только из Нью-Тейко, но и других городов. Включая столицу. Ставить спектакль взялся учитель искусства и музыки Феофан Розенбаум.