\

Было непросто сдерживаться из-за запаха крови, что я едва не облизнул свои перчатки. Однако, услышав сирены приближающейся полиции, выдохнул, проглотив лишь слюну. Тормози, Райан. В этот же момент стоявший у входа в здание чёрный микроавтобус дал по газам. Похоже, водила понял, что надо валить и забил на своих компаньонов.

Прислонившись к краю окна, посмотрел на оцепление ментов и отряд спецназа, который уже бежал в сторону «Афродиты».

— Что ж, пора и мне прикинуться валенком, — я подошёл к Анастасии и лёг рядом. — Надеюсь, прокатит…

***— Вы не могли бы повторить ещё раз.

Вздохнув, бросил взгляд на сидевшую рядом пришибленную Настюшку. Мы сидели на пороге дверей скорой помощи, пили горячий чай, а на наши плечи были накинуты пледы.

— Я вам уже всё рассказал, товарищ лейтенант, — поморщился я и сделал глоток. Чай, кстати, неплох. — Мы пришил на фотосессию, провели её, а после в студию ворвались неизвестные люди в масках. Я помню только страх и то, как потерял сознание.

Офицер вновь что-то черкнул в блокноте, взглянул на бледную рыжуху и покачал головой.

— Благодарю вас за сотрудничество, мистер Купер.

С этими словами он пошёл ко влюблённой парочке, которую врачи пытались откачать и привести в чувства. Парень находился на грани нервного срыва, а девушка так, вообще, молчала и тупо смотрела в одну точку. Фотограф и Грета разговаривали с другим полицейским.

В общем, всё обошлось, хоть и пришлось врать напропалую. Что видели? Ничего не видел. Заметили ли кого-нибудь, кроме нападавших? Нет, я находился в бессознательном состоянии. И ещё куча подобных тупых вопросов, повторяющихся из раза в раз.

Кстати, эти орлеонтанцы, и правда, приходили только за девчонкой. Она же оказалась необычной, а с серебряной ложкой в жопе. Дочка одного из влиятельных дипломатов Аркадии, который сейчас находился, судя по новостям, что я смотрел недавно, в Орлеонтане. Что за вопрос там решался — мне неизвестно. Но даже дурак бы сопоставил последние слова командира похитителей и то, куда уехал отец девушки. Выходит, на дипломата решили надавить через дочурку. Не получилось.

— Ты как? — спросил я у Анастасии.

— Н-нормально… Больше никогда не пойду на фотосессию, — проблеяла она и взглянула на меня.

— Пойдёт, — сделал я глоток чая, продолжая внешне ещё отыгрывать ошеломлённого подростка. — Главное, мы живы.

— Д-да, — кивнула рыжая. — Скажи, ты правда не видел, что произошло? Я помню, как нас хотели убить, а потом… Просто темнота. Ничего не понимаю…

Конечно не понимаешь, я же действовал быстро и для тебя всё произошло мгновенно… Хотелось мне сказать, но произнёс другое:

— У меня тоже самое. Я чуть в штаны не наложил, а потом отрубился.