\

Вот уж не думал, что на старости лет получу повышение. — покрутил он ус.

Один из бойцов кивнул и убежал. Двое мощных мужиков подняли меня от пола под руки и потащили к массивным дверям, за которыми скрывалась шахта лифта и спуск в самую охраняемую тюрьму Аркадии. Кто-то бы мог решить, что слишком уж просто всё прошло. Но так подумали бы только те, кто не слышал о Крематории. Войти в эту тюрьму легко, а вот выйти из неё…

Подбежавший к замку дверей солдат в броне с золотыми регалиями, означавшими, что он один из ближних подчинённых деда, поднёс к специальному дисплею-компьютеру пластиковую карту пропуска и вбил код.

Двери медленно раскрылись, являя моему взору широкую платформу лифта и темноту шахты, освещённой настенными фонарями.

Грубо и без лишней суеты двое провожатых затащили меня в лифт и нажали на одну из двух кнопок. Раздался скрежет, лязг механизмов и стон металла. Кабина пришла в движение, и мы начали спуск. Сначала скорость была медленной, но с каждой секундой росла. Я смотрел, как бешено проносились фонари шахты и твёрдая земная порода.

Двадцать три… Двадцать четыре… С каждым тактом, получив возможность стоять на ногах, я отсчитывал секунды спуска, следя за выступающими фонарями.

Они были не так далеко от металлических перил кабины. Я мог с лёгкостью толкнуть одного из своих конвоиров, лишив его жизни, но это было излишне. Скоро и так начнётся веселье.

Лифт замедлил ход, тросы напряглись, кабина слегка покачнулась, но восстановила равновесие.

Приехали. Я понял это не только по остановке, но и по нереальному жару. Воздух здесь был сухим и спёртым, а нос конкретно забивала сера вперемешку с пеплом.

— Шагай! — меня толкнули в спину, заставив идти впереди.

— Поаккуратнее, парень, — обернулся я, холодно взглянув на конвоира. — Будешь выделываться, и я могу убить тебя в любую секунду.

Он сглотнул. Хоть и видел, что на моих руках кандалы-блокираторы эсперской силы, и всё же, показал страх. Да уж, жути я навёл в Нью-Тейко на годы вперёд.

Выпрямившись, с руками за спиной, я слез с площадки лифта и ступил на каменный пол, пойдя вперёд по тускло освещённому коридору, вдоль стен которого тянулись мутные лампы и провода. Под ботинками хрустел мелкий камень, а жар стоял такой, что был ощутим сквозь подошву.

В конце данного коридора в ад меня встретили ещё одни двери, только в этот раз попроще. Ну и, помимо них, ещё запачканное в саже и пепле служебка, будто бы впаянная в земляную породу. На входе стояло двое охранников, вооружённых всё теми же винтовками. Их гладко выбритые лица покрывал пот, от брони исходили волны жара, а удивлённые глаза бурили взглядом моё лицо.

Без лишних слов, они открыли нам двери. Больше меня не толкали. Ни один солдат, ни второй.