\

Удар его сжатого кулака был молниеносен, но мужчина успел среагировать и уклониться. Огонь полыхающего поместья, которое с трудом тушил идущих дождь, покачнулся от волны ветра.

Рыкнув и поняв, что разговоры бесполезны, мужчина вступил в схватку. Его морозная аура, вырвавшаяся из тела, замораживала всё вокруг себя. Тела покрывались коркой льда, кровь превращалась в хрустящее стекло, а языки пламени застывали. Словно две противоборствующие стихии, они теснили друг друга. Никто из них не уступал противнику в скорости, силе, реакции и ловкости. От каждого соприкосновения их ударов дрожала земля, воздух вибрировал, а капли дождя разлетались.

Пролетающие над кварталом вертолёты вели репортаж и в реальной времени показывали картины настоящей бойни, в центре которой сражались две тени. Светло-синяя, больше похожая на лёд, и кроваво-красная, как тягучая кровь.

— С места событий!..

— Квартал клана Гонт подвергся нападению!..

— Вы это видите⁈ Видите⁈ Вот это да… Стоп, это что⁈

Оператор камеры и репортёр с широкими от удивления глазами смотрели на то, как вокруг сражающихся поднимались куски льда, тел и земли.

Они медленно закручивались в водовороте, и вскоре один из сражающихся остановился. Он резко выкинул в сторону своего врага руку и вся эта масса устремилась к нему. Тот в свою очередь резко замер, ударил кулаком в землю и вокруг него образовался купол непробиваемого льда, остановившего атаку.

Полный разочарования и ярости рык достиг тех, кто вёл репортаж, и атаковавший сорвался алым рывком к сфере, начав её избивать. Его кулаки размазывались и словно двоились, но лёд держался… Пока не вспух острейшими иглами льда.

Со скоростью пули они вонзились в окровавленного парня, откидывая его на добрый десяток метров.

Сфера льда испарилась снежинками, вмиг заморозившими ближайшие капли дождя. И только снег исчез, как все свидетели битвы увидели вышедшего из него монстра. Выше трёх метров в высоту, густая шерсть цвета вороного крыла, мощные мышцы, как перетянутые канаты. Это было чудовище из мифов и легенд, которыми родители пугали своих детей. Его когти отдавали блеском металла в свете горящего поместья, алые глаза выражали лишь свирепость и звериную мощь, а волчью пасть усеивали острые клыки.

Зверь Жеводана… Чистокровный Ликан… Опаснейший из Ликанов. Габриэль обратился и сейчас сдерживал свою животную натуру, смотря на поднимающегося мальчишку. Тот, словно зомби, покачивался и еле стоял на ногах. Он устал, ослаб из-за боя, и потерял множество сил.

— Довольно, Райан! — рыкнул Габриэль, едва сдерживаясь. Как бы не казалась эта ситуация со стороны, но Ликан понимал ярость и желание мести парня, ведь он сам был таким.