\

 — Граф особо не говорил о своём возрасте, отмалчиваясь на подобные вопросы. Но однажды, ещё от его кузины — Ламии, я услышал, что ему больше десяти тысяч лет. Он застал расцвет и закат множества империй и эпох. Он пережил даже эпоху Вечной Ночи, сохранив наш вид.

— Десять тысяч… — не могла Юнона поверить в эту цифру. — Ему, наверное, было дико скучно.

— С чего бы это? — опустил я взгляд и посмотрел ей в глаза.

— Ну ты сам представь, — пожала она плечами. — Если бы ты прожил столько, продолжал бы ощущать вкус жизни? Он, наверное, любил и искал себя. Терял, находил, изучал, претворял в жизнь.

Но всему этому есть конец, а он бессмертен. Для кого-то бессмертие может и будет являться желанным, но если задуматься… То таких люд… Вампиров… Становится жаль.

— Доля правды в твоих словах есть, — вздохнул я, обдумывая её слова и понимая, что не рассматривал ситуацию бессмертия с такой стороны.

А ведь действительно… Я за пятьсот лет уже задолбался конкретно, а граф прожил больше десяти тысяч. Какой же уровень скуки он познал? Впрочем, теперь этого не узнать.

Плохо то, что мышление Юноны шло вразрез с моими планами.

Если она действительно думает о бессмертии в таком ключе, то может отказаться от моего дара. А я этого… Не хотел.

— Понимаю, о чём ты думаешь, — погладила она мою ладонь, выбив из мыслей, и улыбнувшись. — Ох, Райан, ты порой такой предсказуемый и всё у тебя на лице написано.

— Ну спасибо, — хмыкнул я.

— Да, Райан, я бы сказала «Да», — продолжала она улыбаться и хитро прищурила взгляд. — Тем более, что кто-то обещал вообще-то женится на мне. Теперь, когда выяснилось и сложились обстоятельства… Я бы хотела разделить с тобой вечность.

Два раза повторять и переспрашивать не требовалось. Возможно Юнона хотела подчеркнуть, что после всей правды наши отношения станут гораздо прочнее, а её согласие на принятие дара хоть и было дано, но без спешки… В общем, я как всегда отличился. Ведь слово однажды было дано и его нужно сдержать.

Поднявшись со стула под слегка недоуменным взглядом Юноны, я убрал правую руку за спину и прикрыл глаза. Сейчас мне нужна была максимальная концентрация и собранность.

Я чувствовал, как кроваво-красный туман появился на ладони и начал силой мысли спрессовывать его, придавая форму.

По вискам начинали стекать мелкие градины пота, но я давил свою силу и держал её в узде, прорабатывая каждую деталь задумки. Грани… Плотность… Резьба…

Лишь когда я начал тяжело дышать, а пот застелил лицо и покрыл собой всю спину, отчего к ней прилипла рубашка, открыл глаза. Юнона всё такая же удивлённая и не понимающая, что происходит, смотрела на меня.

— Райан?

Без слов я подошёл поближе к её кровати и встал на колено, вытащив из-за спины руку.