\

Все эти дни после Орлеонтана рассосали меня и позволили думать, что опасность миновала. Что больше не придётся напрягаться и рвать жопу. Я поступил, как тупой новообращёный, не способный понять спектр проблем. Теперь же, благодаря Жнецам и их атаке, мне вновь нужно было проснуться и вспомнить, что я такой на самом деле!

Три копья нанизали Жнецов, как булавки бабочку. Моя сила достигла их тел и сдетонировала, превращая тела ублюдков в кровавые бутоны. Они кричали, дёргались в судорогах и попадали на землю, чтобы в следующий момент взбухнуть и превратиться в шедевр вампирского искусства.

Ошарашенные и дезориентированные подобной расправой, два других выродка быстро взяли себя в руки и достали из-под одежд клинки. Их полные черноты глаза посмотрели на меня из темноты капюшонов, а затем они ринулись в атаку.

Рыкнув, я одним рывком оторвался от земли, отправив себя в молниеносный полёт. В руке появилась тяжесть и приятное ощущение шершавой рукояти меча. Я чувствовал зов и голод Жаждущего Крови. Он пел свою песнь, призывая меня воткнуть его лезвие в податливые тела Жнецов.

Утолить его безмерный голод и позволить ему напиться вдоволь.

В меня полетели ледяные сосульки, выпущенные Жнецами, но эффекта это дало ровно ноль. Извернувшись в полёте, я пропустил их над головой и под животом, а затем совершил оборот на триста шестьдесят.

Два тела упали на землю синхронно, их головы упали секундой позже, оставив идеальный срез от клинка.

Полным холода взглядом я посмотрел на мертвецов, кровь которых начала стекаться к лезвию клинка. Мелким ручейком она перетекала в него, отчего тот пульсировал, словно делал глотки.

Ощущения были… Странные. Особенно если вспомнить, что при призыве в этом бою, клинок был тусклым. Будто прошлая атака Жнецов, с помощью Божественного заклинания, потратила его боезапас и силы. Теперь же он восполнял их и начинал постепенно наливаться багровым светом.

Люди от такой расправы орали ещё громче, убегая от меня, как от прокажённого. Вдалеке раздавались сигналки полиции, которая спешила сюда.

Не теряя времени, я бросился в переулок к Артурии, оставив за спиной высушенные и обескровленные трупы незадачливых убийц.

Девушка спала, полностью забив на то, что сейчас сидела в нечистотах переулка. Она тихо посапывала, но при моём появлении медленно открыла глаза.

— Р-райан… Что-то мне нехорошо…

— Это слабость, — присел я и аккуратно взял её на руки, чтобы затем забросить на плечо. — Скоро пройдёт. Найдём Джона, а потом я принесу тебе кровь.

Артурия не ответила, вновь отрубившись. Не забыв, проверил её сумку и убедился, что банка из-под чипсов на месте, как и Пудинг.