\

Я слышу шум вокруг — орки не поняли, в чем дело, почему одна из них сдалась. Особенно волнуется ее племя. Но мне уже все равно. Я победила. Медленно поднимаюсь на ноги.

Шаман медлит, дает время ситуации измениться. Но у него не остается выбора, остальные шаманы смотрят на него, вождь с усмешкой спрашивает, почему он застыл, кто-то из женщин подает венок победительницы.

— Не знаю, как ты сделала это, — шипит он, подходя ближе. Держит в руках венок, но не спешит опустить его мне на голову.

— Это моя магия, — говорю спокойно с улыбкой.

— СакрКруш поплатится за то, что обманул мое доверие.

— Он ничего не делал. Разве магия Арены позволила бы ему вмешаться в бой? — деланно удивляюсь я.

— Он подтасовал все так, чтобы твое имя выпало в жеребьевке, — выплевывает Шаман.

Я смотрю на него удивленно — мне бы это и в голову не пришло, но действительно ведь орки в основном имеют магию земли, а значит способны управлять камнями, а вот я — воздушника. И СакрКруш стоял подле меня в тот момент…

— Разве возможно подделать результаты жеребьевки? — спокойно выдерживаю его взгляд. — Ведь руку светлейшего Шамана направляют сами Предки, такова была ИХ воля.

Возразить ему нечего. Орки уже высыпали на арену, молодые парни готовы поприветствовать победительницу букетами полевых цветов. И Шаману приходится-таки опустить венок мне на голову.

Степь взрывается радостными криками. Откуда-то появляются Лис и СакрКруш.

— Это была самая быстрая победа на боях, ты молодец! — опекун быстро обнимает меня, хлопает по плечам, как парня.

— Ты сделала это! — Лис сует мне в руки букет и вроде бы приобнимает, а на самом деле поддерживает, чтобы я не рухнула.

Приходится улыбаться и кивать окружающими, брать их веники, пока Лис проталкивает меня к выходу с арены. Напоследок ловлю на себе злобный взгляд Шамана.

— Теперь в твоем роду завидная невеста, СакрКруш, — с ухмылкой бросает Вождь, стоящий подле него молодой парень тоже сует мне цветы.

Сил нет совсем, только завалиться спать дня на три, но Халмир успевает еще напоить меня жирным козьим молоком, переодеть в сухую одежду и устроить на лежанке со всеми удобствами, а я даже не заметила, что вспотела, будто мешки таскала, хотя прошла-то всего ничего туда-сюда.

Ночью у меня начинается жар. Мне холодно, бьет озноб, но по словам Халмира я горячее кипятка. Он обтирает меня холодной водой и укутывает в одеяло. Когда я всплываю из забытья, диктую ему названия тех трав, которые сбивают жар. Но путаю язык и, наверное, говорю на оркском, потому что он не понимает, как бы я ни старалась. Только когда чувствую нужный вкус на языке, понимаю, что мне удалось.

Я молодец. Я справилась. Во всем справилась.

Выдыхаю с облегчением и спокойно засыпаю.