\

Да, он сам во всем виноват, а гуру готов давать ему все новые и новые шансы. Я прямо-таки увидела, как энергетические нити лжи могли бы окутать и эту девушку и других, создавая пирамиду секты… я знала, как это делали другие в нашем мире, пусть только со стороны видела, но могла теперь проанализировать информацию и добиться того же или даже лучшего эффекта. И теперь, имея разум сильфиды, имея доступ к информации и способность ее проанализировать, я была способна это воссоздать сперва на орках, а потом и на более глобальном уровне…

И это не ужаснуло меня, не вызвало никаких негативных эмоций.

Я просто осознавала, что могу. Могу.

Я подлетела еще ближе к орчанке и положила руки на ее виски.

— Слушай меня внимательно, — велела я, глядя в глаза орчанки, — слушай и смотри…

Зрачок ее запульсировал, а потом медленно расширился, поглощая практически всю радужку. В черноте зрачка я сумела разглядеть свое отражение: холодный взгляд, искривленные в циничной ухмылке губы… я выглядела как в том своем видении, в котором узнала, что Кирим умер…

— Представь себе своего принца… хм… сына вождя: каким он является в твоих мечтах, — попросила я введенную в транс девушку.

И я сама же сумела увидеть то, что представила себе она, и в то же время продолжала управлять ее видениями. В глазах орчанки будто отразился образ молодого орка. Не конкретный, усредненный: зеленая кожа, высокий рост, сильное тело, выдающиеся клыки… по моему повелению картинка сменилась, так будто мы смотрим на реальность глазами этого парня. Богатое убранство его шатра подсказывало, что семья его не проста. Вместо круглой или квадратной палатки он живет в длинном шатре, разделенном на небольшие «комнаты», что также говорит о силе и богатстве его рода.

Когда он садится за общий стол, вокруг суетятся орки более низкого ранга: мужчины и женщины, все стремятся угодить, привлечь внимание. Девушки стреляют глазками и улыбаются, но он даже не замечает — это ведь всего лишь прислуга.

Всеобщее внимание преследует его и когда он покидает шатер рода. Орчанки из своего и чужих племен наблюдают, хихикают, вроде бы невзначай показываются ему на глаза, но все слишком очевидно. Старейшина рассказывает ему о самых завидных невестах, которые могут привлечь его внимание: о силе их родов, об их богатстве и власти, о политических подоплеках союзов.

Никому не нужна невеста из вражеского племени, если только это не улучшит политическую ситуацию. Он слушает внимательно, но в то же время со скукой. Ему, может, совсем еще не хочется жениться, а хочется погулять, хочется свободы, но приходится подчиняться старшим."

"И вот, загруженный очередной порцией информации, он идет к арене и невзначай сталкивается с моей новой знакомой.