\

— Ее отвезут в степь, в местах, где нет источников воды и переломают ноги, чтобы она не могла бежать за племенем и умолять взять ее с собой, накликивая на племя неудачу, — закончила свой образ представления о разводе ЗалиКруна.

Я шокированно раззявила рот, а потом долго и витиевато ругалась на русском."

"Участвовать в готовке так или иначе пришлось, хотя толку от меня было чуть: подай-принеси-порежь-почисть. Руки были заняты, а в голове все крутились мысли о возможностях выкрутиться из этой ситуации. В конце концов, я решила одно — пока есть еще время до боя, устроить допрос той твари, которая явно знала больше, чем говорила, но не желала делиться подробностями.

— Я бы хотела сходить на капище, — сообщила ЗалиКруне, решившись.

Та посмотрела на меня, как на дуру.

— Там же нет духов твоих предков, — удивилась она.

— Думаю, иной мир на всех предков один, и ваши смогут моим весточку передать, — улыбнулась я. — Может, кто позаботится обо мне, оставшейся здесь в одиночестве, словно сирота, захочет помочь.

Возражений у ЗалиКруны не нашлось, и, закончив подготовку к завтрашнему праздничному ужину, мы переоделись в хорошие, но скромные наряды.

Орчанки навешали на себя кучу каких-то бус и амулетов куда придется: и на шеи, и браслеты на запястья, и в волосы, а ЗалиКруна даже клипсу закрепила на нижней губе. АнлиФаркуда на нее посмотрела с диким восторгом, кажется, здесь это была большая редкость. А мне подумалось, что когда-то это были ушные клипсы, украденные в каком-то орчьем походе — была видна тонкая человеческая работа. Золотое кольцо с чеканкой, вероятно, имело пару, но кто знает, куда она делась.

До капища мы дошли за пару часов до заката.

— Нужно поторопиться, — приговаривала лекарка, — не дело беспокоить Предков после заката.

— После заката они сами кого хошь побеспокоят, — хмыкнула я.

АнлиФаркуда покосилась на меня испуганно и принялась перебирать свои побрякушки, наверное, призывая помощь предков. Я же смотрела вокруг, пытаясь сопоставить образ из своего сна с тем, что видела сейчас. Косые лучи солнца заливали круг из каменных глыб, отбрасывая длинные сизые тени. Я всматривалась в барельефы, меряя шагами центр, пока не определилась. Затем села на землю в позе лотоса, не обращая внимания на задравшееся платье и обнажившиеся лодыжки.

— Что ты?.. — попыталась спросить у меня ЗалиКруна, но замолкла, увидев мой взгляд.

АнлиФаркуда ахнула, увидев, что я высыпаю из мешочка на землю золотистые пластинки.

— Колдовские камни, — прошептала она на ухо ЗалиКруне, и та нахмурилась.

Я же принялась сортировать осколки, распределяя крупные и помельче в полукруг более-менее равномерно.

— Если нас застанут за неподобающим делом… — прошептала ЗалиКруна, — то изгнанием из племени мы не обойдемся.